Ниндзя в охране сёгуна | Karate-krs.ru

Ниндзя в охране сёгуна

Ниндзя в охране сёгуна

Теософия и эзотерика:Карма До сих пор мы были заняты обозрением мировой эволюции. Мы видели, что по существу принцип Бытия — Един, мы видели его тождество в человеке и в космосе

Теософия и эзотерика:Монголия — Тибет — Индия В экспедиции Рерихи основательно изучают основную религию Тибета — буддизм. Тибету Н.К.Рерих посвятил целый цикл своих картин.

Парапсихология:Допрос ведьм Во время судебных разбирательств XVI-XVII веков допрос подозреваемых стал обыденным делом

Парапсихология:Как организовать шабаш Для выполнения колдовских ритуалов в одиночку достаточно угла в собственно доме, где можно было бы уединиться , и уверенности в том, что Вас никто не побеспокоит

Непознанное:Стигматы Терезы Ньюменн С самых ранних лет Тереза Ньюменн, жившая в маленьком селении в Коннерсрейге, считалась святым ребенком. Она никогда не пропускала мессу и всегда прилежно молилась, стоя на коленях перед распятием на стене своей комнаты или Мадонной, изображение которой ее мать держала рядом с ее кроватью.

  • Новости
  • Желтые страницы России
  • Известные мастера боевых искусств
  • Хобби и увлечения
  • О здоровье человека

Ниндзя в охране сёгуна

В оинам из Ига-гуми кроме работы тайных агентов была доверена охрана самого сёгуна. Существовало несколько групп ниндзя из Ига-гуми: акиясики-бан — «сторожа нежилых усадеб», о-хироясики-бан — «сторожа главных усадеб», сёфусин-гата — «служащие мелкого ремонта усадьбы», ямадзато-кэйби — «охрана горных деревень» и т.д.

О-хироясики Ига-моно охраняли вход во внутренние покои сёгуна. Интересно, что пост охраны в прихожей даже получил название «Игя-цумэдокоро» — «Пост службы Ига». Кроме того Ига-моно следили за порядком во дворце. Особая группа этих стражников называлась «тэмбан» — «сопровождающие стражи». В обязанности тэмбан входило эскортирование членов государственного совета, гонцов и служащих при их выходе за пределы дворца. Тэмбан в числе 30 человек являли собой высший слой телохранителей сёгуна. Им разрешалось входить во дворец в сандалиях на кожаных подошвах, с мечом в руках. За свою службу они получали по 100 мешков риса каждый — в 10 раз больше, чем обычный самурай. Охрана же прихожей, которая называлась «Ига-сю цумэдокоро-яку» — «Воины из Ига на посту» — получала несколько меньше, по 30 мешков риса, но имела свои привилегии: ей разрешалось носить в замке гербовую куртку хаори и хакаму. У Ига-сю цумэдокоро-яку хранились ключи от запасного выхода. При входе они принимали мечи посетителей и сопровождали пожилых чиновников.

Акиясики-бан Ига-моно осуществляли надсмотр за приездом даймё и хатамото в столицу в целях заложничества и их отъездом в свои владения. Обычно они действовали тройками. Командир тройки получал за свою службу жалованье трех самураев.

Сёфусин-гата Ига-моно подчинялись столичному префекту и надзирали за ремонтом дворцовых сооружений, чтобы враги не могли раздобыть точные планы потайных комнат и выходов. Их начальник получал жалованье четырех воинов.

Ямадзато Ига-моно охраняли загородные резиденции сёгуна и получали оплату в размере 30 мешков риса каждый.

О-нивабан несли ночное дежурство в замке сёгуна, патрулировали цитадель, а также, по особому распоряжению сёгуна, выполняли функции оммицу. О-нивабан разделялись на 2 категории: рёбан-каку и сёдзюнин-каку. Охранники первой категории имели право на аудиенцию у сёгуна и получали жалованье в размере 100 мешков риса, охраняли комнаты замка. В случае постоянного проживания в замке они получали жалованье 20 воинов. Рёбан-каку было всего 6 человек. Сёдзюнин-каку правом аудиенции не располагали и получали меньше риса, их было 8 человек.

При исполнении обязанностей оммицу, о-нивабан с бамбуковой метелкой в левой руке падали ниц у дороги, по которой несли паланкин с сёгуном, тем самым выражая свое почтение и одновременно приглядывая за окружающей толпой и заставляя ее тоже выказывать признаки уважения.

При отдаче о-нивабан приказа отправиться на задание в качестве оммицу, им либо вручали на дорожные расходы столовое серебро, либо выдавали через казначейство необходимую сумму денег. Кроме того они получали поручение к губератору места назначения об уплате всех расходов. Если оммицу не хватало денег, он был вправе явиться к местному губернатору и на основании поручения потребовать от него уплаты всех расходов. Выполнив задание, оммицу отчитывался о результатах своего путешествия лично сёгуну или его секретарю. Иногда оммицу действовали и по поручению государственного совета.

Для пресечения разглашения государственных тайн оммицу были разделены на несколько групп, которые проживали в разных местах: в укреплении клана Набэсима, где находилась одна из усадеб сёгуна, в усадьбе за воротами Тигра неподалеку от Эдо, внутри замка у моста «Пестрого фазана» и т.д. Им запрещалось иметь всякие контакты с посторонними людьми. Всего было 17 семей о-нивабан, которые служили бакуфу до самого падения сёгуната в 1867 году.

Стража внутренних покоев охраняла все входы и выходы из замка и пресекала все возможные контакты его жителей с внешними недругами сёгуна, препятствуя возникновению заговора в самом замке.

Алексей Горбылев — Путь невидимых. Подлинная история нин-дзюцу. Страница 73

Начальником над вновь созданным ведомством, или о-мэцукэ, был назначен знаменитый мастер кэн-дзюцу школы Ягю Синкагэ-рю и личный учитель фехтования сёгуна Ягю Дзюбэй Мицуёси, в семье которого передавалась и особая традиция нин-дзюцу, восходящая к Катори Синто-рю. Полагают, Ягю Дзюбэй был прекрасно знаком с работой мэцукэ на всех уровнях, вплоть до низового тайного агента. В его биографии есть один любопытный эпизод, который отмечают все историки нин-дзюцу. Однажды Дзюбэй неожиданно исчез из столицы и не появлялся целых 12 лет. Что он делал в этот период своей жизни, одному богу известно, но предполагают, что все это время он проработал рядовым ниндзя сёгуна. Причем для прикрытия накануне его исчезновения Токугава даже учинил скандал, обвинив Дзюбэя в пьянстве и официально уволив его с поста о-мэцукэ. Интересно, что по возвращении через 12 лет, Ягю Дзюбэй был немедленно восстановлен в прежней должности.

Первыми мэцукэ на службе сёгуната были ниндзя из отрядов Кога-гуми и Ига-гуми. Именно из них набирались оммицу, а также охрана сёгуна. Хотя новая работа сильно отличалась от прежнего ремесла лазутчика, многие шпионские навыки пригодились новоявленным полицейским. Характерно, что переквалифицировавшиеся шпионы продолжали сохранять многие традиции ниндзя. Например, мэцукэ, следуя своему неписанному кодексу, скрывали свое имя, не рассказывали о задании, месте назначения, нанимателе и т.д.

Сёгунат располагал колоссальным аппаратом мэцукэ, который позволял ему контролировать абсолютно все слои населения. Любой человек мог быть шпионом бакуфу. Существует легенда, что даже величайший японский поэт, сочинитель хайку Басё Мацуо был шпионом сёгуната. Хотя большинство историков со скепсисом относятся к этой версии, можно привести и некоторые факты в ее подтверждение. Известно, например, что Басё был уроженцем г. Уэно провинции Ига и свободно перемещался по всем провинциям, для чего требовалось особое разрешение мэцукэ.

В первые годы после окончания войн большой проблемой для правительства было наличие огромного количества бесхозных самураев-ронинов, сюзерены которых были казнены или лишились своих владений. Однако аппарат мэцукэ и эту сложную ситуацию сумел использовать себе на пользу. В это время появилась особая буддийская секта Фукэ-сю, связанная с Дзэн-буддизмом. Комусо, последователи Фукэ-сю, являлись членами закрытой общины и выделялись своим необычным обликом: нестандартным монашеским одеянием, плетеной из тростника и полностью закрывающей голову и лицо шляпой-тэнгай и длинной бамбуковой флейтой сякухати. Членами секты могли быть только самураи, простолюдинов в секту не допускали. Особым уложением секта Фукэ-сю была объявлена подподающей под юрисдикцию только самого сёгунского правительства. Ее членам предоставлялась неограниченная свобода передвижения, они освобождались от повинности платить пошлину на таможенных заставах и имели возможность проникать в любые места развлечений. Такая организация позволяла бакуфу легче контролировать большие группы ронинов. Кроме того, комусо использовались как шпионы и осведомители.

Ниндзя в охране сёгуна

Воинам из Ига-гуми кроме работы тайных агентов была доверена и охрана самого сёгуна. Существовало несколько групп ниндзя из Ига-гуми: акиясики-бан – «сторожа нежилых усадеб», о-хироясики-бан – «сторожа главных усадеб», сёфусин-гата – «служащие мелкого ремонта усадьбы», ямадзато-кэйби – «охрана горных деревень» и т.д.

О-хироясики Ига-моно охраняли вход во внутренние покои сёгуна. Интересно, что пост охраны в прихожей даже получил название «Ига-цумэдокоро» – «Пост службы Ига». Кроме того, Ига-моно следили за порядком во дворце. Особая группа этих охранников называлась «тэмбан» – «сопровождающие стражи». В обязанности тэмбан входило эскортирование членов государственного совета, гонцов и служанок при их выходе за пределы дворца. Тэмбан в числе 30 человек являли собой высший слой телохранителей сёгуна. Им разрешалось входить во дворец в сандалиях на кожаных подошвах с мечом в руках. За свою службу они получали по 100 мешков риса каждый – в 10 раз больше, чем обычный самурай. Охрана же прихожей, которая называлась «Ига-сю цумэдокоро-яку» – «Воины из Ига на посту», получала несколько меньше – по 30 мешков риса, но имела свои привилегии: ей разрешалось носить в замке гербовую куртку хаори и хакаму. У Ига-сю цумэдокоро-яку хранились ключи от запасного выхода. При входе они принимали мечи посетителей и сопровождали пожилых чиновников.

Акиясики-бан Ига-моно осуществляли надсмотр за приездом даймё и хатамото в столицу в целях заложничества и их отъездом в свои владения. Обычно они действовали тройками. Командир тройки получал за свою службу жалованье трех самураев.

Сёфусин-гата Ига-моно подчинялись столичному префекту и надзирали за ремонтом дворцовых сооружений, чтобы враги не могли раздобыть точные планы потайных комнат и выходов. Их начальник получал жалованье четырех воинов.

Ямадзато Ига-моно охраняли загородные резиденции сёгуна и получали оплату в размере 30 мешков риса каждый.

О-нивабан несли ночное дежурство в замке сёгуна, патрулировали цитадель, а также, по особому распоряжению сёгуна, выполняли функции оммицу. О-нивабан разделялись на 2 категории: рёбан-каку и сёдзюнин-каку. Охранники первой категории имели право на аудиенцию у сёгуна и получали жалование в размере 100 мешков риса, охраняли комнаты замка. В случае постоянного проживания в замке они получали жалование 20 воинов. Рёбан-каку было всего 6 человек.

Сёдзюнин-каку правом аудиенции не располагали и получали меньше, их было 8 человек.

При исполнении обязанностей оммицу, о-нивабан с бамбуковой метелкой в левой руке падали ниц у дороги, по которой несли паланкин с сёгуном, тем самым выражая свое почтение и одновременно приглядывая за окружающей толпой и заставляяее тоже выказывать признаки уважения.

При отдаче о-нивабан приказа отправиться на задание в качестве оммицу, им либо вручали на дорожные расходы столовое серебро, либо выдавали через казначейство необходимую сумму денег. Кроме того они получали поручение к губернатору места назначения об уплате всех расходов. Если оммицу не хватало денег, он был вправе явиться к местному губернатору и на основании поручения потребовать от него уплаты всех своих расходов. Выполнив задание, оммицу отчитывался о результатах своего путешествия лично сёгуну или его секретарю. Существует легенда, что эти доклады проходили во время прогулок сёгуна по внутреннему двору замка, и что иногда сёгун лично отводил нужного ему о-нивабан в заросли бамбука, чтобы дать тайное поручение. Иногда оммицу действовали и по поручению государственного совета.

Для пресечения разглашения государственных тайн оммицу были разделены на несколько групп, которые проживали в разных местах: в укреплении клана Набэсима, где находилась одна из усадеб сёгуна, в усадьбе за воротами Тигра неподалеку от Эдо, внутри замка у моста «Пестрого фазана» и т.д. Им запрещалось иметь всякие контакты с посторонними людьми. Всего было 17 семей о-нивабан, которые служили бакуфу до самого падения сёгуната в 1867 г.

Стража внутренних покоев охраняла все входы и выходы из замка и пресекала все возможные контакты его жителей с внешними недругами сёгуна, препятствуя возникновению заговора в самом замке.

Сохранился любопытный анекдот о службе Ига-моно и Кога-моно в резиденции сёгуна в Эдо. В замке Тиёда, где жил сёгун, существовал обычай в период празднования нового года устраивать снежные баталии между красными и белыми отрядами служанок. Обычно на этих потешных сражениях присутствовал сам сёгун, его приближенные и совет старейшин. Во время баталий Кога-моно выстраивались рядами поодаль, чтобы охранять своего господина. А стражники Ига стояли спиной к полю боя и, взявшись за руки, образовывали живую стену и обозначали заднюю границу боевых порядков обеих «армий» прислужниц. При этом злонравные служанки, прийдя в возбуждение от битвы, нередко принимались пулять снежками по головам и спинам Ига-моно. Рассказывают, что сёгун весело смеялся, наблюдая за забавными содроганиями тел ниндзя, когда оледеневшие снежки попадали им в спину или голову.

Последняя операция ниндзя

В 1637 г. в Симабаре на о. Кюсю поблизости от Нагасаки вспыхнуло крестьянское восстание. Вызвано оно было притеснениями местного даймё. Вследствие широкого распространения христианства на Кюсю восстание проходило под христианскими лозунгами. Крестьяне, среди которых было немало ронинов, были вооружены огнестрельным оружием, полученным от миссионеров. 40000-ная армия повстанцев укрылась в древнем замке Хара, который располагался на южной оконечности полуострова Симабара, и успешно оборонялась в течение 10 месяцев против 130000ной армии сёгуната. Отсутствие единства в стане даймё, низкая боеспособность самураев того времени долгое время не позволяли бакуфу одолеть врага и привели к ряду неудач. Так во время одного из штурмов погиб главнокомандующий князь Итакура. В том же бою тяжелые ранения получили специально присланные из столицы мэцукэ Иситани Дзюдзо Садакиё, Мацудайра Дзиндзабуро Юкитака и другие. Участвовавший в разработке провалившейся операции мэцукэ Иситани Дзюдзо позже даже оказался под следствием по обвинению в нарушении служебных обязанностей.

Ниндзя в охране сёгуна

Ниндзя в охране сёгуна

Воинам из Ига-гуми кроме работы тайных агентов была доверена и охрана самого сёгуна. Существовало несколько групп ниндзя из Ига-гуми: акиясики-бан — «сторожа нежилых усадеб», о-хироясики-бан — «сторожа главных усадеб», сёфусин-гата — «служащие мелкого ремонта усадьбы», ямадзато-кэйби — «охрана горных деревень» и т. д.

О-хироясики Ига-моно охраняли вход во внутренние покои сёгуна. Интересно, что пост охраны в прихожей даже получил название «Ига-цумэдокоро» — «Пост службы Ига». Кроме того, Ига-моно следили за порядком во дворце. Особая группа этих охранников называлась «тэмбан» — «сопровождающие стражи». В обязанности тэмбан входило эскортирование членов государственного совета, гонцов и служанок при их выходе за пределы дворца. Тэмбан в числе 30 человек являли собой высший слой телохранителей сёгуна. Им разрешалось входить во дворец в сандалиях на кожаных подошвах с мечом в руках. За свою службу они получали по 100 мешков риса каждый — в 10 раз больше, чем обычный самурай. Охрана же прихожей, которая называлась «Ига-сю цумэдокоро-яку» — «Воины из Ига на посту», получала несколько меньше — по 30 мешков риса, но имела свои привилегии: ей разрешалось носить в замке гербовую куртку хаори и хакаму. У Ига-сю цумэдокоро-яку хранились ключи от запасного выхода. При входе они принимали мечи посетителей и сопровождали пожилых чиновников.

Акиясики-бан Ига-моно осуществляли надсмотр за приездом даймё и хатамото в столицу в целях заложничества и их отъездом в свои владения. Обычно они действовали тройками. Командир тройки получал за свою службу жалованье трех самураев.

Сёфусин-гата Ига-моно подчинялись столичному префекту и надзирали за ремонтом дворцовых сооружений, чтобы враги не могли раздобыть точные планы потайных комнат и выходов. Их начальник получал жалованье четырех воинов.

Ямадзато Ига-моно охраняли загородные резиденции сёгуна и получали оплату в размере 30 мешков риса каждый.

О-нивабан несли ночное дежурство в замке сёгуна, патрулировали цитадель, а также, по особому распоряжению сёгуна, выполняли функции оммицу. О-нивабан разделялись на 2 категории: рёбан-каку и сёдзюнин-каку. Охранники первой категории имели право на аудиенцию у сёгуна и получали жалование в размере 100 мешков риса, охраняли комнаты замка. В случае постоянного проживания в замке они получали жалование 20 воинов. Рёбан-каку было всего 6 человек.

Сёдзюнин-каку правом аудиенции не располагали и получали меньше, их было 8 человек.

При исполнении обязанностей оммицу, о-нивабан с бамбуковой метелкой в левой руке падали ниц у дороги, по которой несли паланкин с сёгуном, тем самым выражая свое почтение и одновременно приглядывая за окружающей толпой и заставляяее тоже выказывать признаки уважения.

При отдаче о-нивабан приказа отправиться на задание в качестве оммицу, им либо вручали на дорожные расходы столовое серебро, либо выдавали через казначейство необходимую сумму денег. Кроме того они получали поручение к губернатору места назначения об уплате всех расходов. Если оммицу не хватало денег, он был вправе явиться к местному губернатору и на основании поручения потребовать от него уплаты всех своих расходов. Выполнив задание, оммицу отчитывался о результатах своего путешествия лично сёгуну или его секретарю. Существует легенда, что эти доклады проходили во время прогулок сёгуна по внутреннему двору замка, и что иногда сёгун лично отводил нужного ему о-нивабан в заросли бамбука, чтобы дать тайное поручение. Иногда оммицу действовали и по поручению государственного совета.

Для пресечения разглашения государственных тайн оммицу были разделены на несколько групп, которые проживали в разных местах: в укреплении клана Набэсима, где находилась одна из усадеб сёгуна, в усадьбе за воротами Тигра неподалеку от Эдо, внутри замка у моста «Пестрого фазана» и т. д. Им запрещалось иметь всякие контакты с посторонними людьми. Всего было 17 семей о-нивабан, которые служили бакуфу до самого падения сёгуната в 1867 г.

Стража внутренних покоев охраняла все входы и выходы из замка и пресекала все возможные контакты его жителей с внешними недругами сёгуна, препятствуя возникновению заговора в самом замке.

Сохранился любопытный анекдот о службе Ига-моно и Кога-моно в резиденции сёгуна в Эдо. В замке Тиёда, где жил сёгун, существовал обычай в период празднования нового года устраивать снежные баталии между красными и белыми отрядами служанок. Обычно на этих потешных сражениях присутствовал сам сёгун, его приближенные и совет старейшин. Во время баталий Кога-моно выстраивались рядами поодаль, чтобы охранять своего господина. А стражники Ига стояли спиной к полю боя и, взявшись за руки, образовывали живую стену и обозначали заднюю границу боевых порядков обеих «армий» прислужниц. При этом злонравные служанки, прийдя в возбуждение от битвы, нередко принимались пулять снежками по головам и спинам Ига-моно. Рассказывают, что сёгун весело смеялся, наблюдая за забавными содроганиями тел ниндзя, когда оледеневшие снежки попадали им в спину или голову.

Ниндзя в охране сёгуна

Такой книги еще не было — не только в России, но и на любом из европейских языков. Это — единственная полная энциклопедия НИНДЗЯ, основанная на аутентичных японских источниках. Всё о воинском искусстве ниндзюцу и легендарных воинах-«невидимках», прозванных «демонами ночи» (слово «синоби», являющееся синонимом «ниндзя», в переводе с японского означает «разведчик-диверсант»).

Происхождение ниндзя и генезис их уникальных боевых навыков, становление и расцвет ниндзюцу в эпоху междоусобных войн и его упадок при сегунате, «кодекс чести» и тайны мастерства, величайшие «школы» и «кланы» ниндзя, их оружие и снаряжение, огневые средства и шпионские приспособления, лекарства и яды — для этой энциклопедии нет секретов!

Она не имеет ничего общего с теми дешевыми сенсациями, рекламными мифами и киноштампами, которыми пичкают неискушенную публику. Это — серьезное профессиональное исследование, базирующееся на колоссальном объеме информации, собранной автором во время его поездок в Японию, на средневековых «гункимоно» («военных повестях»), где можно найти детальные описания операций лазутчиков, на дневниках и приказах военачальников, генеалогиях знаменитых семей ниндзя и подлинных руководствах и наставлениях, сотни лет передававшихся ими из поколения в поколение.

Ниндзя в охране сёгуна

Ниндзя в охране сёгуна

Воинам из Ига-гуми, кроме работы тайных агентов, была доверена и охрана самого сёгуна. Существовало несколько подразделений ниндзя из Ига-гуми: акиясики-бан — «сторожа нежилых усадеб», о-хироясики-бан — «сторожа главных усадеб», сёфусингата — «служащие мелкого ремонта усадеб», ямадзато кэйби — «охрана горных деревень» и т. д.

О-хироясики Ига-моно охраняли вход во внутренние покои сёгуна. Интересно, что пост охраны в прихожей даже получил название Ига-цумэдокоро — «Пост службы людей из Ига». Кроме того, Ига-моно следили за порядком во дворце. Особая группа этих охранников называлась тэмбан — «сопровождающие стражи». В обязанности тэмбан входило эскортирование членов государственного совета, гонцов и служанок при их выходе за пределы дворца. Тэмбан в числе 30 человек являли собой элитную группу телохранителей сёгуна. Им разрешалось входить во дворец в сандалиях на кожаных подошвах с мечом в руках. За свою службу они получали по 100 мешков риса каждый — в 10 раз больше, чем обычный самурай. Охрана же прихожей, которая называлась Ига-сю цумэдокоро-яку — «Воины из Ига на посту», получала несколько меньше — по 30 мешков риса, но имела свои привилегии: ей разрешалось носить в замке гербовую куртку хаори и церемониальные брюки хакама. У Ига-сю цумэдокоро-яку хранились ключи от запасного выхода. При входе они принимали мечи посетителей и сопровождали пожилых чиновников.

Самурай всегда держал под рукой оружие. Даймё извлекает меч, скрытый в лютне. Со старинной гравюры

Акиясики-бан Ига-моно осуществляли надсмотр за приездом даймё и хатамото в столицу в целях заложничества и их отъездом в свои владения. Обычно они действовали тройками. Командир тройки получал за свою службу жалованье трех самураев.

Сёфусингата Ига-моно подчинялись столичному префекту и надзирали за ремонтом дворцовых сооружений, чтобы враги не могли раздобыть точные планы потайных комнат и выходов. Их начальник получал жалованье четырех воинов.

Ямадзато Ига-моно охраняли загородные резиденции сёгуна и получали оплату в размере 30 мешков риса каждый.

О-нивабан несли ночное дежурство в замке сёгуна, патрулировали цитадель, а также, по особому распоряжению сёгуна, выполняли функции оммицу. О-нивабан разделялись на две категории: рёбан-каку и сёдзюнин-каку. Охранники первой категории имели право на аудиенцию у сёгуна и получали жалованье в размере 100 мешков риса, охраняли комнаты замка. В случае постоянного проживания в замке они получали жалованье 20 воинов. Рёбан-каку было всего 6 человек. Сёдзюнин-каку правом аудиенции не располагали и получали меньше, их было 8 человек.

При исполнении обязанностей оммицу, о-нивабан с бамбуковой метелкой в левой руке падали ниц у дороги, по которой несли паланкин с сёгуном, тем самым выражая свое почтение и одновременно приглядывая за окружающей толпой и заставляя ее тоже выказывать признаки уважения.

При отдаче о-нивабан приказа отправиться на задание в качестве оммицу им либо вручали на дорожные расходы столовое серебро, либо выдавали через казначейство необходимую сумму денег. Кроме того, они получали поручение к губернатору места назначения об уплате всех расходов. Если оммицу не хватало денег, он был вправе явиться к местному губернатору и на основании поручения потребовать от него уплаты всех своих расходов. Выполнив задание, оммицу отчитывался о результатах своей инспекционной поездки лично сёгуну или его секретарю. Существует легенда, что эти доклады проходили во время прогулок сёгуна по внутреннему двору замка, и что иногда сёгун лично отводил нужного ему о-нивабан в заросли бамбука, чтобы дать тайное поручение. Иногда оммицу действовали и по поручению государственного совета.

Для пресечения разглашения государственных тайн оммицу были разделены на несколько групп, которые проживали в разных местах: в укреплении клана Набэсима, где находилась одна из усадеб сёгуна, в усадьбе за Воротами Тигра неподалеку от Эдо, внутри замка у Моста пестрого фазана и т. д. Им запрещалось иметь всякие контакты с посторонними людьми. Всего было 17 семей о-нивабан, которые служили бакуфу до самого падения сёгуната в 1867 г.

Стража внутренних покоев охраняла все входы и выходы из замка и пресекала все возможные контакты его жителей с внешними недругами сёгуна, препятствуя возникновению заговора в самом замке.

Сохранился любопытный анекдот о службе Ига-моно и Кога-моно в резиденции сёгуна в Эдо. В замке Тиёда, где жил сёгун, существовал обычай в период празднования Нового года устраивать снежные баталии между красными и белыми отрядами служанок. Обычно на этих потешных сражениях присутствовал сам сёгун, его приближенные и члены государственного совета. Во время баталий Кога-моно выстраивались рядами поодаль, чтобы охранять своего господина. А стражники Ига стояли к полю боя спиной и, взявшись за руки, образовывали живую стену, обозначавшую заднюю границу боевых порядков обеих «армий» прислужниц. При этом злонравные служанки, придя в возбуждение от битвы, нередко принимались пулять снежками по головам и спинам Ига-моно. Рассказывают, что сёгун весело смеялся, наблюдая за забавными содроганиями тел ниндзя, когда оледеневшие снежки попадали им в спину или голову.

Ниндзя в охране сёгуна

Начальником над вновь созданным ведомством, или о-мэцукэ, был назначен знаменитый мастер кэн-дзюцу школы Ягю Синкагэ-рю и личный учитель фехтования сёгуна Ягю Дзюбэй Мицуёси, в семье которого передавалась и особая традиция нин-дзюцу, восходящая к Катори Синто-рю. Полагают, Ягю Дзюбэй был прекрасно знаком с работой мэцукэ на всех уровнях, вплоть до низового тайного агента. В его биографии есть один любопытный эпизод, который отмечают все историки нин-дзюцу. Однажды Дзюбэй неожиданно исчез из столицы и не появлялся целых 12 лет. Что он делал в этот период своей жизни, одному богу известно, но предполагают, что все это время он проработал рядовым ниндзя сёгуна. Причем для прикрытия накануне его исчезновения Токугава даже учинил скандал, обвинив Дзюбэя в пьянстве и официально уволив его с поста о-мэцукэ. Интересно, что по возвращении через 12 лет, Ягю Дзюбэй был немедленно восстановлен в прежней должности.

Первыми мэцукэ на службе сёгуната были ниндзя из отрядов Кога-гуми и Ига-гуми. Именно из них набирались оммицу, а также охрана сёгуна. Хотя новая работа сильно отличалась от прежнего ремесла лазутчика, многие шпионские навыки пригодились новоявленным полицейским. Характерно, что переквалифицировавшиеся шпионы продолжали сохранять многие традиции ниндзя. Например, мэцукэ, следуя своему неписанному кодексу, скрывали свое имя, не рассказывали о задании, месте назначения, нанимателе и т.д.

Сёгунат располагал колоссальным аппаратом мэцукэ, который позволял ему контролировать абсолютно все слои населения. Любой человек мог быть шпионом бакуфу. Существует легенда, что даже величайший японский поэт, сочинитель хайку Басё Мацуо был шпионом сёгуната. Хотя большинство историков со скепсисом относятся к этой версии, можно привести и некоторые факты в ее подтверждение. Известно, например, что Басё был уроженцем г. Уэно провинции Ига и свободно перемещался по всем провинциям, для чего требовалось особое разрешение мэцукэ.

В первые годы после окончания войн большой проблемой для правительства было наличие огромного количества бесхозных самураев-ронинов, сюзерены которых были казнены или лишились своих владений. Однако аппарат мэцукэ и эту сложную ситуацию сумел использовать себе на пользу. В это время появилась особая буддийская секта Фукэ-сю, связанная с Дзэн-буддизмом. Комусо, последователи Фукэ-сю, являлись членами закрытой общины и выделялись своим необычным обликом: нестандартным монашеским одеянием, плетеной из тростника и полностью закрывающей голову и лицо шляпой-тэнгай и длинной бамбуковой флейтой сякухати. Членами секты могли быть только самураи, простолюдинов в секту не допускали. Особым уложением секта Фукэ-сю была объявлена подподающей под юрисдикцию только самого сёгунского правительства. Ее членам предоставлялась неограниченная свобода передвижения, они освобождались от повинности платить пошлину на таможенных заставах и имели возможность проникать в любые места развлечений. Такая организация позволяла бакуфу легче контролировать большие группы ронинов. Кроме того, комусо использовались как шпионы и осведомители.

Ниндзя в охране сёгуна

Воинам из Ига-гуми кроме работы тайных агентов была доверена и охрана самого сёгуна. Существовало несколько групп ниндзя из Ига-гуми: акиясики-бан –«сторожа нежилых усадеб», о-хироясики-бан –«сторожа главных усадеб», сёфусин-гата –«служащие мелкого ремонта усадьбы», ямадзато-кэйби –«охрана горных деревень» и т.д.

О-хироясики Ига-моно охраняли вход во внутренние покои сёгуна. Интересно, что пост охраны в прихожей даже получил название «Ига-цумэдокоро» –«Пост службы Ига». Кроме того, Ига-моно следили за порядком во дворце. Особая группа этих охранников называлась «тэмбан» –«сопровождающие стражи». В обязанности тэмбан входило эскортирование членов государственного совета, гонцов и служанок при их выходе за пределы дворца. Тэмбан в числе 30 человек являли собой высший слой телохранителей сёгуна. Им разрешалось входить во дворец в сандалиях на кожаных подошвах с мечом в руках. За свою службу они получали по 100 мешков риса каждый –в 10 раз больше, чем обычный самурай. Охрана же прихожей, которая называлась «Ига-сю цумэдокоро-яку» –«Воины из Ига на посту», получала несколько меньше –по 30 мешков риса, но имела свои привилегии: ей разрешалось носить в замке гербовую куртку хаори и хакаму. У Ига-сю цумэдокоро-яку хранились ключи от запасного выхода. При входе они принимали мечи посетителей и сопровождали пожилых чиновников.

Акиясики-бан Ига-моно осуществляли надсмотр за приездом даймё и хатамото в столицу в целях заложничества и их отъездом в свои владения. Обычно они действовали тройками. Командир тройки получал за свою службу жалованье трех самураев.

Сёфусин-гата Ига-моно подчинялись столичному префекту и надзирали за ремонтом дворцовых сооружений, чтобы враги не могли раздобыть точные планы потайных комнат и выходов. Их начальник получал жалованье четырех воинов.

Ямадзато Ига-моно охраняли загородные резиденции сёгуна и получали оплату в размере 30 мешков риса каждый.

О-нивабан несли ночное дежурство в замке сёгуна, патрулировали цитадель, а также, по особому распоряжению сёгуна, выполняли функции оммицу. О-нивабан разделялись на 2 категории: рёбан-каку и сёдзюнин-каку. Охранники первой категории имели право на аудиенцию у сёгуна и получали жалование в размере 100 мешков риса, охраняли комнаты замка. В случае постоянного проживания в замке они получали жалование 20 воинов. Рёбан-каку было всего 6 человек.

Сёдзюнин-каку правом аудиенции не располагали и получали меньше, их было 8 человек.

При исполнении обязанностей оммицу, о-нивабан с бамбуковой метелкой в левой руке падали ниц у дороги, по которой несли паланкин с сёгуном, тем самым выражая свое почтение и одновременно приглядывая за окружающей толпой и заставляяее тоже выказывать признаки уважения.

При отдаче о-нивабан приказа отправиться на задание в качестве оммицу, им либо вручали на дорожные расходы столовое серебро, либо выдавали через казначейство необходимую сумму денег. Кроме того они получали поручение к губернатору места назначения об уплате всех расходов. Если оммицу не хватало денег, он был вправе явиться к местному губернатору и на основании поручения потребовать от него уплаты всех своих расходов. Выполнив задание, оммицу отчитывался о результатах своего путешествия лично сёгуну или его секретарю. Существует легенда, что эти доклады проходили во время прогулок сёгуна по внутреннему двору замка, и что иногда сёгун лично отводил нужного ему о-нивабан в заросли бамбука, чтобы дать тайное поручение. Иногда оммицу действовали и по поручению государственного совета.

Для пресечения разглашения государственных тайн оммицу были разделены на несколько групп, которые проживали в разных местах: в укреплении клана Набэсима, где находилась одна из усадеб сёгуна, в усадьбе за воротами Тигра неподалеку от Эдо, внутри замка у моста «Пестрого фазана» и т.д. Им запрещалось иметь всякие контакты с посторонними людьми. Всего было 17 семей о-нивабан, которые служили бакуфу до самого падения сёгуната в 1867 г.

Стража внутренних покоев охраняла все входы и выходы из замка и пресекала все возможные контакты его жителей с внешними недругами сёгуна, препятствуя возникновению заговора в самом замке.

Сохранился любопытный анекдот о службе Ига-моно и Кога-моно в резиденции сёгуна в Эдо. В замке Тиёда, где жил сёгун, существовал обычай в период празднования нового года устраивать снежные баталии между красными и белыми отрядами служанок. Обычно на этих потешных сражениях присутствовал сам сёгун, его приближенные и совет старейшин. Во время баталий Кога-моно выстраивались рядами поодаль, чтобы охранять своего господина. А стражники Ига стояли спиной к полю боя и, взявшись за руки, образовывали живую стену и обозначали заднюю границу боевых порядков обеих «армий» прислужниц. При этом злонравные служанки, прийдя в возбуждение от битвы, нередко принимались пулять снежками по головам и спинам Ига-моно. Рассказывают, что сёгун весело смеялся, наблюдая за забавными содроганиями тел ниндзя, когда оледеневшие снежки попадали им в спину или голову.

Последняя операция ниндзя

В 1637 г. в Симабаре на о. Кюсю поблизости от Нагасаки вспыхнуло крестьянское восстание. Вызвано оно было притеснениями местного даймё. Вследствие широкого распространения христианства на Кюсю восстание проходило под христианскими лозунгами. Крестьяне, среди которых было немало ронинов, были вооружены огнестрельным оружием, полученным от миссионеров. 40000-ная армия повстанцев укрылась в древнем замке Хара, который располагался на южной оконечности полуострова Симабара, и успешно оборонялась в течение 10 месяцев против 130000ной армии сёгуната. Отсутствие единства в стане даймё, низкая боеспособность самураев того времени долгое время не позволяли бакуфу одолеть врага и привели к ряду неудач. Так во время одного из штурмов погиб главнокомандующий князь Итакура. В том же бою тяжелые ранения получили специально присланные из столицы мэцукэ Иситани Дзюдзо Садакиё, Мацудайра Дзиндзабуро Юкитака и другие. Участвовавший в разработке провалившейся операции мэцукэ Иситани Дзюдзо позже даже оказался под следствием по обвинению в нарушении служебных обязанностей.

Сёгун Токугава Иэясу и его ниндзя

В 1598 г. Тоётоми Хидэёси умирает, оставив пятилетнего наследника Тоётоми Хидэёри. В такой ситуации не могла не начаться борьба за регентство при малолетнем наследнике. И здесь решающую роль сыграло хитроумие и расчетливость одного из крупнейших даймё того времени Токугавы Иэясу. Он, то умело сталкивая одних даймё с другими, то создавая многочисленные союзы, в конце концов сумел так направить развитие событий, что образовались две коалиции крупных самураев, враждующих между собой. Все должно было решиться в 1600 г., когда противники сошлись в одной из самых грандиозных битв средневековой Японии – в сражении при Сэкигахаре.
В преддверии этой битвы стороны боролись за важнейшие стратегические позиции: крепости, замки, участки двух крупнейших дорог – Токайдо и Накасэндо. В защите крепости Фусими, которую удерживали войска Токугавы Иэясу под руководством клана Тории, участвовали несколько сотен синоби из провинции Кога. Одни ниндзя были размещены внутри замка Фусими, другие же были отправлены патрулировать местность вокруг него. Именно они заметили приближение врагов к Фусими и приняли на себя первый удар. Почти все они полегли в кровавой схватке, а крепость Фусими пала, но ниндзя проявили столько мужества и стойкости, что ими восхищались даже воины личной гвардии Иэясу.
Немалую роль сыграли ниндзя и в самой битве при Сэкигахаре. Началась она туманным осенним утром и продолжалась весь день на узком участке земли между высокими горами. Синоби пришлось вступать в сражение в составе небольших «летучих отрядов», появлявшихся в самых опасных местах сражения и отличавшихся исключительным мужеством и дерзостью.
И вот после победного окончания военной кампании произошло нечто невероятное: будущий сёгун Токугава Иэясу служит торжественный молебен духам погибших ниндзя. Это означало, что люди, всегда находившиеся практически вне закона, оказались официально возведены в ранг «преданных и достославных воинов». Такого до сей поры удостаивались лишь самые известные самураи.
В 1603 г. Токугава Иэясу провозглашает себя сёгуном. Приход Токугавы к сёгунской власти открывал наёмникам-ниндзя путь к высшим чинам в иерархии самурайства.
Победа в борьбе за сёгунский титул досталась Токугаве Иэясу в результате многочисленных битв, кровавых заговоров, причем все враждующие стороны, пренебрегая самурайским кодексом чести, действовали с немалым коварством. Подозрительный Иэясу доверял свою жизнь лишь ниндзя из Кога и Ига. Именно они несли охрану в покоях сёгуна и составляли штат его личных телохранителей. Поручен был ниндзя из Ига и другой «объект охраны» – самый сокровенный уголок дворца сёгуна в Эдо, который назывался О-оку. Здесь располагались комнаты наложниц сёгуна, и ни один посторонний человек не должен был потревожить покой этих прелестниц.

Тоётами Хидэёси
(1537–1598). Здесь он в коротком головном уборе (кобури),
белых придворных одеждах и широких штанах-шароварах (сасинуки).
Левая рука в кулаке – символ власти

Традиционно среди ниндзя господствовали два клана, или две группы – «гуми». Синоби из Ига – Ига-гуми – было в два раза больше, чем ниндзя из Кога. В основном, преданность обоих «гуми» держалась на неплохих деньгах и «рисовых пожалованиях»: особо отличившимся платили по 400 коку риса в год. Количество немалое, если учесть, что один коку – это мера риса, необходимая для пропитания одного человека в год. Ниндзя даже без тайных убийств и сражений постепенно богатели, хотя до зажиточных даймё им было далеко. И все же благородными Робин Гудами, которые отбирали деньги у богатых и передавали бедным, они никогда не были. Ниндзя оставались наёмниками, за деньги выполняющими любые задания, причем при Токугаве среди них было уже очень мало людей «из низов» – все они так или иначе принадлежали к воинской касте. Начиная с ХVII в. было уже невозможно провести четкую границу между некоторыми самураями и ниндзя.

Сакакибара Ясумаса (1548–1606), выдающийся высокопоставленный воин.
Считался одним из ситэнно – «четырёх священных духов» Токугавы Иэясу, однако после битвы при Секигахаре в 1600 г. перешёл в оппозицию кГокугаве. Здесь он с длинным мечом-тати, слева на поясе – короткий меч вакидзаси, в руках – командирский жезл сайхай. Над ним – иероглиф «му» («ничто») – символ дзэн-буддизма и быстротечности жизни

Летописи донесли до нас забавную историю, связанную с особым умением ниндзя прикидываться мертвыми. На эту уловку попался и сам многоопытный Токугава Иэясу. Однажды сёгун приказал одному из своих придворных ниндзя разыскать и попытаться арестовать (как он потом пожалеет об этом!) известного синоби Какэя Дзюдзо, который, по слухам, предложил свои услуги противникам Токугавы. И вот ниндзя, посланный Токугавой, разыскал Какэя Дзюдзо и попытался выдать себя за его друга, едва ли не представителя той же школы синоби, что и он сам. Дзюдзо позволил препроводить себя в покои Токугавы. И вот через пару часов Какэй Дзюдзо предстал перед лицом великого сёгуна, который был рад тому, что опасного противника удалось схватить так легко. Судьба Дзюдзо была предрешена, но ниндзя взмолился о последней милости – позволить сделать себе сэппуку. Токугава милостиво согласился, и вот мужественный Дзюдзо решительно вонзил клинок короткого меча-танто себе в живот и откинулся навзничь, истекая кровью. Удовлетворённый увиденным, Иэясу приказал сбросить тело Дзюдзо в ров, окружающий замок.
Но прошло совсем немного времени, и при дворе Токугавы разнеслись слухи, что неупокоенная душа Дзюдзо, превратившись в злого духа «онрю», преследует Токугаву по всем комнатам замка! В покоях сёгуна была выставлена дополнительная охрана, специальные патрули всю ночь ходили по полутемным коридорам с факелами, и действительно некоторые воины несколько раз видели странную тень, моментально растворявшуюся во мраке. Охрана Токугавы в основном состояла из ниндзя – именно они и разгадали тайну Дзюдзо.
Оказывается, прекрасно зная, какая судьба ему уготована в замке Токугавы, Дзюдзо сунул себе под одежду труп недавно убитой крысы. Именно в него он всадил клинок, делая себе харакири, кровь именно этого животного пролилась на пол! Дзюдзо так талантливо сыграл мертвого (а это одно из важнейших умений ниндзя), что ни один человек не мог ничего заподозрить. И еще долго «бессмертный» Дзюдзо охотился на Токугаву.

Сёгун Токугава Иэясу и его ниндзя

В 1598 г. Тоётоми Хидэёси умирает, оставив пятилетнего наследника Тоётоми Хидэёри. В такой ситуации не могла не начаться борьба за регентство при малолетнем наследнике. И здесь решающую роль сыграло хитроумие и расчетливость одного из крупнейших даймё того времени Токугавы Иэясу. Он, то умело сталкивая одних даймё с другими, то создавая многочисленные союзы, в конце концов сумел так направить развитие событий, что образовались две коалиции крупных самураев, враждующих между собой. Все должно было решиться в 1600 г., когда противники сошлись в одной из самых грандиозных битв средневековой Японии – в сражении при Сэкигахаре.

В преддверии этой битвы стороны боролись за важнейшие стратегические позиции: крепости, замки, участки двух крупнейших дорог – Токайдо и Накасэндо. В защите крепости Фусими, которую удерживали войска Токугавы Иэясу под руководством клана Тории, участвовали несколько сотен синоби из провинции Кога. Одни ниндзя были размещены внутри замка Фусими, другие же были отправлены патрулировать местность вокруг него. Именно они заметили приближение врагов к Фусими и приняли на себя первый удар. Почти все они полегли в кровавой схватке, а крепость Фусими пала, но ниндзя проявили столько мужества и стойкости, что ими восхищались даже воины личной гвардии Иэясу.

Немалую роль сыграли ниндзя и в самой битве при Сэкигахаре. Началась она туманным осенним утром и продолжалась весь день на узком участке земли между высокими горами. Синоби пришлось вступать в сражение в составе небольших «летучих отрядов», появлявшихся в самых опасных местах сражения и отличавшихся исключительным мужеством и дерзостью.

И вот после победного окончания военной кампании произошло нечто невероятное: будущий сёгун Токугава Иэясу служит торжественный молебен духам погибших ниндзя. Это означало, что люди, всегда находившиеся практически вне закона, оказались официально возведены в ранг «преданных и достославных воинов». Такого до сей поры удостаивались лишь самые известные самураи.

В 1603 г. Токугава Иэясу провозглашает себя сёгуном. Приход Токугавы к сёгунской власти открывал наёмникам-ниндзя путь к высшим чинам в иерархии самурайства.

Победа в борьбе за сёгунский титул досталась Токугаве Иэясу в результате многочисленных битв, кровавых заговоров, причем все враждующие стороны, пренебрегая самурайским кодексом чести, действовали с немалым коварством. Подозрительный Иэясу доверял свою жизнь лишь ниндзя из Кога и Ига. Именно они несли охрану в покоях сёгуна и составляли штат его личных телохранителей. Поручен был ниндзя из Ига и другой «объект охраны» – самый сокровенный уголок дворца сёгуна в Эдо, который назывался О-оку. Здесь располагались комнаты наложниц сёгуна, и ни один посторонний человек не должен был потревожить покой этих прелестниц.

(1537–1598). Здесь он в коротком головном уборе (кобури),

белых придворных одеждах и широких штанах-шароварах (сасинуки).

Левая рука в кулаке – символ власти

Традиционно среди ниндзя господствовали два клана, или две группы – «гуми». Синоби из Ига – Ига-гуми – было в два раза больше, чем ниндзя из Кога. В основном, преданность обоих «гуми» держалась на неплохих деньгах и «рисовых пожалованиях»: особо отличившимся платили по 400 коку риса в год. Количество немалое, если учесть, что один коку – это мера риса, необходимая для пропитания одного человека в год. Ниндзя даже без тайных убийств и сражений постепенно богатели, хотя до зажиточных даймё им было далеко. И все же благородными Робин Гудами, которые отбирали деньги у богатых и передавали бедным, они никогда не были. Ниндзя оставались наёмниками, за деньги выполняющими любые задания, причем при Токугаве среди них было уже очень мало людей «из низов» – все они так или иначе принадлежали к воинской касте. Начиная с ХVII в. было уже невозможно провести четкую границу между некоторыми самураями и ниндзя.

Сакакибара Ясумаса (1548–1606), выдающийся высокопоставленный воин.

Считался одним из ситэнно – «четырёх священных духов» Токугавы Иэясу, однако после битвы при Секигахаре в 1600 г. перешёл в оппозицию кГокугаве. Здесь он с длинным мечом-тати, слева на поясе – короткий меч вакидзаси, в руках – командирский жезл сайхай. Над ним – иероглиф «му» («ничто») – символ дзэн-буддизма и быстротечности жизни

Летописи донесли до нас забавную историю, связанную с особым умением ниндзя прикидываться мертвыми. На эту уловку попался и сам многоопытный Токугава Иэясу. Однажды сёгун приказал одному из своих придворных ниндзя разыскать и попытаться арестовать (как он потом пожалеет об этом!) известного синоби Какэя Дзюдзо, который, по слухам, предложил свои услуги противникам Токугавы. И вот ниндзя, посланный Токугавой, разыскал Какэя Дзюдзо и попытался выдать себя за его друга, едва ли не представителя той же школы синоби, что и он сам. Дзюдзо позволил препроводить себя в покои Токугавы. И вот через пару часов Какэй Дзюдзо предстал перед лицом великого сёгуна, который был рад тому, что опасного противника удалось схватить так легко. Судьба Дзюдзо была предрешена, но ниндзя взмолился о последней милости – позволить сделать себе сэппуку. Токугава милостиво согласился, и вот мужественный Дзюдзо решительно вонзил клинок короткого меча-танто себе в живот и откинулся навзничь, истекая кровью. Удовлетворённый увиденным, Иэясу приказал сбросить тело Дзюдзо в ров, окружающий замок.

Но прошло совсем немного времени, и при дворе Токугавы разнеслись слухи, что неупокоенная душа Дзюдзо, превратившись в злого духа «онрю», преследует Токугаву по всем комнатам замка! В покоях сёгуна была выставлена дополнительная охрана, специальные патрули всю ночь ходили по полутемным коридорам с факелами, и действительно некоторые воины несколько раз видели странную тень, моментально растворявшуюся во мраке. Охрана Токугавы в основном состояла из ниндзя – именно они и разгадали тайну Дзюдзо.

Оказывается, прекрасно зная, какая судьба ему уготована в замке Токугавы, Дзюдзо сунул себе под одежду труп недавно убитой крысы. Именно в него он всадил клинок, делая себе харакири, кровь именно этого животного пролилась на пол! Дзюдзо так талантливо сыграл мертвого (а это одно из важнейших умений ниндзя), что ни один человек не мог ничего заподозрить. И еще долго «бессмертный» Дзюдзо охотился на Токугаву.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Ниндзя-дэра

Ниндзя-дэра, или Мёрюдзи – буддистский храм в городе Канадзава, особенностью которого является то, что это… не совсем храм. Он был возведен скорее в качестве тайной крепости клана.

Название «Ниндзя-дэра» переводится как «храм ниндзя», хотя на самом деле ниндзя тут никогда не обитали. Просто большое количество потайных помещений, переходы, ведущие либо в одно место, либо в другое – в зависимости от того, каким именно способом была открыта дверь, ловушки, которые не удалось бы миновать человеку, не посвященному в тайны храма – всё это напоминает о «тайных домах» ниндзя. Так что, возможно, они принимали участие в проектировании и постройке храма.

Второе же название храма – Мёрюдзи – еще лучше характеризует его внутреннее устройство. Оно переводится как «странно построенный храм».

Построен Ниндзя-дэра был в 1585 году по приказу главы клана Маэда (именно это семейство правило Канадзавой и прилегающими к ней территориями на протяжении более чем трех веков). Символ клана – цветок сливы – украшает ворота храма.

В то время сёгун установил целый ряд ограничений на постройку крепостей, призванный уменьшить влияние глав кланов – в них должно было быть не более трех этажей. А Маэда, в свою очередь, опасался, что сёгун Токугава однажды решит посягнуть на его владения. Поэтому он и возвел рядом со своим замком строение, которое могло стать убежищем для него и его людей.

Архитектурные особенности

Снаружи Ниндзя-дэра выглядит абсолютно обычным двухэтажным храмом. Но на самом внутри скрывается целых четыре этажа – он был построен вокруг колодца, чья глубина составляет 25 м. Колодец связан с тоннелем, ведущим в замок Канадзава; именно по нему в случае нападения войск сёгуна обитатели замка могли добраться до храма-убежища.

Кстати, храм являлся убежищем не только на случай нападения: прочность его постройки помогла бы Ниндзя-дэра выстоять во время землетрясений, тайфунов или других природных катаклизмов.

Внутри Ниндзя-дэра скрывается 23 зала, соединенные между собой множеством переходов. В некоторых из залов имеются фальшивые потолки, пространство над которыми при необходимости тоже могло использоваться для бегства. Многие помещения имеют скрытые выходы, потайные люки.

Из 29 лестниц 6 имеют ловушки, преодолеть которые может лишь тот, кто знает о них. Например, в некоторых из них есть потайные люки, которые открываются, если наступить на какую-то определенную доску. Есть переходы, которые могут разрушиться от прикосновения в каком-то конкретном месте. Имеется и смотровая башня, с которой хорошо просматриваются подступы и к храму, и к замку; на ней находился дозорный, который мог предупредить о появлении неприятеля задолго до его приближения.

А на случай, если оборона храма всё же была бы сломлена, здесь есть зал, в котором обороняющиеся могли совершить сэппуку (ритуальное самоубийство).

Как и когда посетить храм?

Посетить храм Ниндзя-дэра самостоятельно нельзя – он таит слишком много опасностей для непосвященных. В нем можно побывать только в составе экскурсионной группы в сопровождении опытного гида. Экскурсии начинаются каждые полчаса, записываться на них лучше заранее. Видео- и фотосъемку в храме вести нельзя. Зато на память можно приобрести буклеты, рассказывающие о храме и его удивительной истории.

Ниндзя-дэра открыт с 9:00 до 16:00 в зимний период и до 16:30 во все остальное время. 1 января он закрыт. Также храм закрывают во время проведения в нем экскурсий для школьников.

Доехать до места можно автобусом Kanazawa Loop; выйти нужно на остановке Hirokoji (или автобусной остановке №LL5), а затем около 5 минут идти пешком. Стоимость посещения – 1000 иен (около 8,7 долларов США).

Ниндзя сегуна (1980) cкачать торрент и смотреть бесплатно

Описание фильма «Ниндзя сегуна»

Будующий кампаку (канцлер) Тоётоми Хидэёси приказывает своему вассалу, Сёгэну Сирануи уничтожить крепость клана ниндзя Сандаю Момоти, и завладеть его тайным золотым рудником. Чтобы найти рудник, нужно сложить хвостовики двух кинжалов, карта на которых укажет, где он спрятан. Один из кинжалов находится во владении Сандаю Момоти, главы (асона) клана Момоти. Но кто владеет другим? Сирануи истребляет поголовно весь клан Момоти. Спастись удаётся лишь нескольким детям, в том числе и сыну главы клана Такамару Момоти.

Скачать Ниндзя сегуна через торрент

Оригинальное название: Ninja bugeicho momochi sandayu
Производство: Япония
Режиссер: Норифуми Судзуки
В ролях: Хироюки Санада, Сонни Тиба, Эцуко Шихоми, Юки Нинагава, Тэцуро Тамба, Исао Натсуяги, Асао Койкэ, Макото Сайто, Фумио Ватанабэ, Масуми Харукава, Масаси Исибаси, Ли Мураяма, Ёко Ногива, Кацумаса Утида
Жанр: Боевики, Драма, Приключения
Мировая премьера: 15 ноября 1980
Возраст: 16+
Продолжительность: 117 мин. / 01:57
Рейтинги:
Сиды Качество Перевод Размер Видео Аудио
Скачать Загрузка. BDRip1080 Авторский одноголосый (Сергей Кузнецов), любительский двухголосый (R.G. Orient Extreme) 12,51 Гб MPEG-2, 12699 Кбит/с, 1920×1080, 23.976 кадр/с Японский (AC3, 2 ch, 192 Кбит/с)
Скачать Загрузка. BDRip1080 Авторский одноголосый (Сергей Кузнецов), любительский двухголосый (R.G. Orient Extreme) 7,67 Гб MPEG-4 AVC, 8000 Кбит/с, 1920×822, 23.976 кадр/с Японский (AC3, 2 ch, 192 Кбит/с)
Скачать Загрузка. WEB-DL Профессиональный (двухголосый закадровый) 2,36 Гб MPEG-4 Visual at 2085 Кбит/сек; 720 x 304 (2.368) at 23.976 fps AC-3 at 192 Кбит/сек; 2 канала, 48,0 КГц
Скачать Загрузка. WEB-DL Авторский одноголосый (Сергей Кузнецов), любительский двухголосый (R.G. Orient Extreme) 2,93 Гб MPEG-4 AVC, 2600 Кбит/с, 1024×440, 23.976 кадр/с Японский (AC3, 2 ch, 192 Кбит/с)

У нас вы можете легко скачать Ниндзя сегуна через торрент бесплатно в хорошем качестве, оставляйте комментарии и делитесь впечатлениями!

А вот тут ещё интересные фильмы, которые вы может быть не смотрели:

Ниндзя сегуна / Shogun’s Ninja / Ninja bugeicho momochi sandayu (1980) HDRip от RG Orient Extreme | Р2

Информация о фильме
Название: Ниндзя сегуна
Оригинальное название: Shogun’s Ninja / Ninja bugeicho momochi sandayu
Год выхода: 1980
Жанр: боевик, приключения
Режиссер: Норифуми Сузуки / Norifumi Suzuki
В ролях: Хироюки Санада, Сонни Чиба, Этсуко Шихоми, Юки Нинагава, Тэцуро Тамба, Исао Натсуяги, Асао Койке, Макото Сайто, Фумио Ватанабе, Масуми Харукава

О фильме:
Будующий кампаку (канцлер) — Тоётоми Хидэёси (Асао Койке), приказывает своему вассалу, Сёгэну Сирануи (Сонни Тиба) уничтожить крепость клана ниндзя Сандаю Момоти, и завладеть его тайным золотым рудником. Чтобы найти рудник, нужно сложить хвостовики двух кинжалов, карта на которых укажет, где он спрятан. Один из кинжалов находится во владении Сандаю Момоти, главы (асона) клана Момоти. Но кто владеет другим? Сирануи истребляет поголовно весь клан Момоти. Спастись удаётся лишь нескольким детям, в том числе и сыну главы клана — Такамару Момоти (Хироюки Санада ). Он попадает в Китай вместе с одним из кинжалов, который он получил как наследник. Много лет спустя, в то время как Сирануи все еще ищет золото, Такамару, теперь уже искусный боец кунг-фу, возвращается назад, чтобы отомстить за своих родителей и возродить клан.

Страна: Япония
Продолжительность: 01:57:01
Перевод: Профессиональный (двухголосый закадровый)

Cубтитры: английские [отдельно]
Оригинальная аудиодорожка: английский, японский

Релиз от —

Качество видео: HDRip
Формат видео: AVI

Видео: MPEG-4 Visual at 2085 Кбит/сек; 720 x 304 (2.368) at 23.976 fps
Аудио: AC-3 at 192 Кбит/сек; 2 канала, 48,0 КГц [DVO]
Аудио: AC-3 at 192 Кбит/сек; 2 канала, 48,0 КГц [Eng]
Аудио: AC-3 at 192 Кбит/сек; 2 канала, 48,0 КГц [Jap]

Автор —

Ссылка на основную публикацию