Хусинцюань | Karate-krs.ru

Хусинцюань

Хусинцюань

Хусинцюань или «Кулак формы тигра».

«Наноси удар, будто бьешь железом;
выпускай когти, словно тигр бросается на добычу»
Из наставлений школы Хусин-цюань

История зарождения стилей ушу возникших в давние времена, времена, когда еще не было средств массовой информации, передавались потомкам в преданиях и легендах. Нередко при этом возникало несколько вариантов историй рождения того или иного стиля. Не стал исключением и стиль Хусин-цюань – «Кулак формы тигра», о возникновении которого предания также рассказывают по-разному.
Да и названия у этого стиля есть разные — Хучжуан — «Столбы тигра», Хуцзунь — «Поклонение тигру» и Юнфу Хуцзунь — «Поклонение тигру из уезда Юнфу», по названию уезда Юнфу, который считается родиной стиля. Может показаться, что иероглиф цзунь («поклонение», «почитание») означает не стиль ушу, а какой-то религиозный культ или тотемизм. Но мастера Кулака формы тигра вкладывая в название «Хуцзунь» другой смысл, совсем не молятся тигру. Для них тигр – самое почитаемое животное, царь зверей, а техника этого стиля «кулачного искусства» имеет «тигриную форму».
В соответствии с одним вариантом стиль Хусин-цюань был передан жителю деревни Фукоу буддийским монахом, который якобы переселился в Южный Шаолинь из Северного.
Другой вариант предания гласит, что Кулак формы тигра разработал сам Ли Юаньчжу, занимавшийся цюаньфа с детства. Овладев Ню-цюань (Кулаком быка), Ши-цюань (Кулаком льва) и другими стилями он применил полученные знания для разработки первого таолу Хусин-цюань, которое является «Матерью» Хуцзунь-цюань му (Кулака поклонения тигру). Именно благодаря Ли Юаньчжу техника «кулачного искусства» приобрела «тигриную форму», которая в дальнейшем непрерывно совершенствовалась и развивалась несколькими поколениями мастеров, что, несомненно, обогатило Кулак формы тигра досконально разработанной теорией и практикой.

Среди таких мастеров можно назвать двух учеников Ли Юаньчжу — Ли Чжаобэ и Чжэн Дэнгуану. Чжэн усовершенствовал способы хутуй («тигриный удар ногой»), а Ли отточил технику хучжао («тигриные когти»). С тех пор среди жителей Фуцзяни можно услышать поговорку «ноги Дэнгуана, руки Чжаобэя», как своеобразный «знак качества». Благодаря их усилиям, эти ветки стиля стали популярными в провинции Фуцзянь, и перешагнув ее границы, нашли последователей и в соседних провинциях Чжэцзян и Гуандун, благополучно дожив до наших дней.
История стиля Хусин-цюань будет неполной, если не вспомнить такую важную фигуру, как Чжоу Цзыхэ, который как предполагают, был учителем основателя школы каратэ Уэти-рю окинавца Уэти Камбун. Чжоу Цзыхэ по преданиям упражнялся цюаньфа при каждом удобном случае. Изучив многие стили ушу : Юйфа (Стиль рыбы), Ню-цюань (Кулак быка), Цюаньфа (Стиль собаки), Хоуфа (Стиль обезьяны), Хэ-цюань (Кулак журавля) и Цзи-цюань (Кулак петуха), он внес в Кулак формы тигра их технические элементы и методики.

В стиле Хусин-цюань достаточно точно копируются повадки и манера боя царя джунглей, характерными есть резкие скачки вперед и рвущие мощные удары «когтями». В этом стиле насколько важной есть внешняя имитация, что мастера Кулака формы тигра говорят: «Кулачное искусство есть подражанием форме». Ученики Хусин-цюань даже в свободное от занятий время должны ходить как кошка легко и пружинисто, немного согнув спину. Боец по психическому настрою должен стать тигром, воспроизводя движения полосатого хищника, владеть «волей» тигра, воплощающейся в яростных, но расчетливых ударах и бросках.

Особое внимание Кулак формы тигра уделяет нэйгун («внутренней работе»), подразумевающей необходимость овладения способностью выводить ци из дань-тянь (нижнего «киноварного поля») в ударную часть ноги или руки, в другую часть тела, которая принимает удар противника: «возбуждающееся внутри ци проявляется снаружи». Проявившись снаружи, ци позволит выдержать удары противника, а ци внутри защитит внутренние органы. При максимальном усилии, во время выполнения приема фали (дословно — «выброс силы»), «внешнее» и «внутреннее» должны быть согласованы. Только тогда «внутренняя работа» усилит «внешний выброс» (вайфа), ци достигнет шаоцзе (крайних точек конечностей) и «выброс силы» будет подобен баофа (мощному взрыву).
В технике «ведения ци» (юнь ци) различают тунь, что значит «поглощение» или «проглатывание» (то есть, вдох) и ту — «испускание» или «выплевывание» (то есть, выдох). Вдох — через рот, а выдох — через сжатые зубы. При выдохе губы растянуты, зубы сцеплены как «львиный оскал» (шицзуй). Сдавленный выкрик часто сопровождает выдох, так как принято считать, что «запирание» ци (би ци) может увеличить силу удара. В технике «накопления ци» (сюй ци) различается ян («кормление») и чэн («получение»). «Выплевывание» и «проглатывание», «кормление» и «получение» ци и кай («раскрытие») во время выполнения технических приемов должны быть скоординированы с хэ («закрытием»), а фу («всплытие») с чэнь («погружением»).

Доминирующими в технике Хусин-цюань являются резкие мощные удары на короткой дистанции, сопровождающиеся резким выдохом. В зависимости от способа нанесения удара, Кулак формы тигра имеет четыре типа выброса ци. Рождающееся в пояснице «усилие» реализуется бьющей рукой или ногой. Яростная атака должна сопровождаться ударами, обладающими сокрушающей мощью. Сблизившись с противником быстрым прыжком, боец, используя «твердое» усилие наносит короткий удар, т. е. выполняет «длинный прыжок — короткий удар».

Кулак формы тигра предполагает пять разных способов действий руками, соотносящиеся, как и в Кулаке белого журавля, с пятью первоэлементами. Визитной карточкой стиля Хусин-цюань есть ху-чжао, т. е., рвущие удары «тигриными когтями», что требует от бойцов этой школы специального укрепления пальцев. Усиливает удары и блоки импульс, идущий от стоп чэньцзяо (дословно — «сотрясение ног»).

Наставления стиля Хусин-цюань о технике рук говорят: «Если встретил цяо («мост») — разрушь его, нет «моста» — построй. Открывая для себя шэнмэнъ («ворота жизни»), для противника закрывай сымэнь («ворота смерти»)». «Приемы применяй по принципу фу-цзы («отец и сын»), при этом «отец» и «сын» должны быть взаимоувязаны. Встретил кун («пустое пространство») — заполняй его, при этом должны быть взаимоувязаны май («покупка») и май («продажа»)».

При использовании ударов ногами Кулак формы тигра предписывает крайнюю осторожность. Мастера Хусин-цюань наставляют: «Существует множество способов применения ног, но использование их всех требует исключительной осторожности». «Всего на три фэня приподнял ногу, а уже под ней пустота; не поднимай ногу, если только не садишься на коня». Удары ногами наносятся, соответственно, на нижнем уровне. Во избежание повреждений, для обработки ног используют травяные отвары.
Принцип Хусин-цюань гласит: «сначала защита, потом нападение», тактика боя построена на контратаках. В Кулаке формы тигра проповедуется: «Сочетай твердую атаку и твердый вход, с помощью ган (твердости) одолевай твердость», что впрочем, не отрицает применение в этом стиле «мягких» методов.

1 Батальон

Разновидность китайского ушу стиль хуцюань или «кулак тигра» имеет множество других названий: хусинцюань «ку­лак формы тигра«, хучжуан «столбы тигра«, хуцзунцюань «кулак благоговения перед тигром«. Всеми этими терминами именуют один стиль и это ошибочно, поскольку это не названия одного стиля, а названия его разновидностей.

Стиль «кулак тигра» по праву считают предтечей уэчи-рю каратэ-до. Сегодня стиль «кулак тигра» (его фуцзяньская версия) в целом стала самой известной разновидностью ушу на Западе. Скорее всего распространение ушу «кулак тигра» началось вместе с волной иммиграции из Китая в Северную Америку и Западную Европу в середине 20 столетия.

Больше остальных мастеров хуцюань прославился Канбун Уэчи, который ещё в конце 19 столетия отправился обучать своему мастерству жителей области Фучжоу провинции Фуцзянь. Учителем самого Уэчи был родоначальник стиля Чжоу Цзыхэ. И так, благодаря Уэчи уже вскоре школа хуцюань возникла как на Окинаве, так и в Японии, и она называлась «Уэчи-рю каратэ-до» (т.е. «школа каратэ-до мастера Уэчи«).

Суть стиля хуцюань прослеживается уже только в одном его названии — «кулак тигра«. Это означает, что все техники, все приёмы стиля основаны на особенностях движения данного хищника, позаимствованы, скопированы у него. Вот основные направления стиля: хусинцюань («ку­лак формы тигра«) и хуцзунцюань («кулак благоговения перед тигром«).

Итак, первая разновидность — хусинцюань — была известна ещё 300 лет назад. Тогда хусинцюань преподавали на юге Китая в провинции Фуцзянь. Данный вид боевого искусства во многом копирует тигра: его манеру ведения схватки, а также все прочие повадки этого зверя, в том числе резкие броски вперёд, «рвущие» удары лапами. Так что внеш­няя имитация в данном случае просто невероятно велика. Не зря мастера и ученики хусинцюань любят говорить: «подражание форме и есть кулачное искусство«.

Известность стиль хусинцюань сыскал благодаря своим тренировкам, обучающим устойчивым позициям. Это даже отражено во второй версии названия стиля — «столбы тигра«. Эти тренировки учат воинов превращать свои ноги в сваи, вколо­ченные глубоко в землю. Даже имеется специальная поговорка на этот счёт: «упорно занимайся стойками-столбами, отраба­тывая их чистоту, чтобы стать столь устой­чивым, как недвижимое изваяние«. Тренировки столбового стояния тигра имеются двух видов: пассивные и активные, в зависимости от подвижности позиции воина.

Чтобы овладеть приёмом «рвущих» ударов ла­п тигра, приспешники хусинцюань занимаются укреплением кончиков пальцев. Одновременно с этим они обрабатывают ноги специальным травяным настоем, который помогает им избежать повреждений.

Вся суть тактики боя тигра кроется в следующем принципе: «сперва защита, а затем нападение«. Для ударов здесь избирается короткая дистанция, при этом каждый удар наносится с резким выдохом. В целом при ударах может быть использовано четыре типа «выброса ци«, это зависит от техники удара.

Другая разновидность стиля — хуцзунцюань или «кулак благоговения перед тигром» — включает в свою базу комплекс «южного кулака» (он же наньцюань). Этот стиль зародился в Фуцзяни вблизи уезда Путянь и очень быстро охватил Цзянси, Гуандуне, Сянгане и даже некоторые округи Японии. Здесь «форме» уделяется меньше значения, а больше — яростной силе, энергетике дикого зверя. Это обеспечивает так называемые особый тип «выброса силы«.

На деле выброс силы происходит следующим образом: воин должен в очень быстром прыжке настигнуть противника и на­нести ему короткий удар при помощи «жёсткого усилия«. Иначе эта комбинация называется «длинный пры­жок — короткий удар«. Основным принципом всей системы хуцзунцюань является «сочетай жёсткий вход и жёсткую атаку, с помощью жёсткости одерживая верх над жёсткостью«. Здесь можно назвать и прочие поговорки, родившиеся среди приверженцев стиля, к примеру, «руки подобны вращающемуся коле­су».

Хусин-цюань или «Кулак формы тигра»

«Наноси удар, будто бьешь железом;

выпускай когти, словно тигр бросается на добычу»

Из наставлений школы Хусин-цюань

История зарождения стилей ушу возникших в давние времена, времена, когда еще не было средств массовой информации, не говоря уже об Интернете, передавались потомкам в преданиях и легендах. Нередко при этом возникало несколько вариантов историй рождения того или иного стиля. Не стал исключением и стиль Хусин-цюань – «Кулак формы тигра», о возникновении которого предания также рассказывают по-разному.

Да и названия у этого стиля есть разные — Хучжуан — «Столбы тигра», Хуцзунь — «Поклонение тигру» и Юнфу Хуцзунь — «Поклонение тигру из уезда Юнфу», по названию уезда Юнфу, который считается родиной стиля. Может показаться, что иероглиф цзунь («поклонение», «почитание») означает не стиль ушу, а какой-то религиозный культ или тотемизм. Но мастера Кулака формы тигра вкладывая в название «Хуцзунь» другой смысл, совсем не молятся тигру. Для них тигр – самое почитаемое животное, царь зверей, а техника этого стиля «кулачного искусства» имеет «тигриную форму».

В соответствии с одним вариантом стиль Хусин-цюань был передан жителю деревни Фукоу буддийским монахом, который якобы переселился в Южный Шаолинь из Северного.

Другой вариант предания гласит, что Кулак формы тигра разработал сам Ли Юаньчжу, занимавшийся цюаньфа с детства. Овладев Ню-цюань (Кулаком быка), Ши-цюань (Кулаком льва) и другими стилями он применил полученные знания для разработки первого таолу Хусин-цюань, которое является «Матерью» Хуцзунь-цюань му (Кулака поклонения тигру). Именно благодаря Ли Юаньчжу техника «кулачного искусства» приобрела «тигриную форму», которая в дальнейшем непрерывно совершенствовалась и развивалась несколькими поколениями мастеров, что, несомненно, обогатило Кулак формы тигра досконально разработанной теорией и практикой.

Среди таких мастеров можно назвать двух учеников Ли Юаньчжу — Ли Чжаобэ и Чжэн Дэнгуану. Чжэн усовершенствовал способы хутуй («тигриный удар ногой»), а Ли отточил технику хучжао («тигриные когти»). С тех пор среди жителей Фуцзяни можно услышать поговорку «ноги Дэнгуана, руки Чжаобэя», как своеобразный «знак качества». Благодаря их усилиям, эти ветки стиля стали популярными в провинции Фуцзянь, и перешагнув ее границы, нашли последователей и в соседних провинциях Чжэцзян и Гуандун, благополучно дожив до наших дней.

История стиля Хусин-цюань будет неполной, если не вспомнить такую важную фигуру, как Чжоу Цзыхэ, который как предполагают, был учителем основателя школы каратэ Уэти-рю окинавца Уэти Камбун. Чжоу Цзыхэ по преданиям упражнялся цюаньфа при каждом удобном случае. Изучив многие стили ушу: Юйфа (Стиль рыбы), Ню-цюань (Кулак быка), Цюаньфа (Стиль собаки), Хоуфа (Стиль обезьяны), Хэ-цюань (Кулак журавля) и Цзи-цюань (Кулак петуха), он внес в Кулак формы тигра их технические элементы и методики.

В стиле Хусин-цюань достаточно точно копируются повадки и манера боя царя джунглей, характерными есть резкие скачки вперед и рвущие мощные удары «когтями». В этом стиле насколько важной есть внешняя имитация, что мастера Кулака формы тигра говорят: «Кулачное искусство есть подражанием форме». Ученики Хусин-цюань даже в свободное от занятий время должны ходить как кошка легко и пружинисто, немного согнув спину. Боец по психическому настрою должен стать тигром, воспроизводя движения полосатого хищника, владеть «волей» тигра, воплощающейся в яростных, но расчетливых ударах и бросках.

Особое внимание Кулак формы тигра уделяет нэйгун («внутренней работе»), подразумевающей необходимость овладения способностью выводить ци из дань-тянь (нижнего «киноварного поля») в ударную часть ноги или руки, в другую часть тела, которая принимает удар противника: «возбуждающееся внутри ци проявляется снаружи». Проявившись снаружи, ци позволит выдержать удары противника, а ци внутри защитит внутренние органы. При максимальном усилии, во время выполнения приема фали (дословно — «выброс силы»), «внешнее» и «внутреннее» должны быть согласованы. Только тогда «внутренняя работа» усилит «внешний выброс» (вайфа), ци достигнет шаоцзе (крайних точек конечностей) и «выброс силы» будет подобен баофа (мощному взрыву).

В технике «ведения ци» (юнь ци) различают тунь, что значит «поглощение» или «проглатывание» (то есть, вдох) и ту — «испускание» или «выплевывание» (то есть, выдох). Вдох — через рот, а выдох — через сжатые зубы. При выдохе губы растянуты, зубы сцеплены как «львиный оскал» (шицзуй). Сдавленный выкрик часто сопровождает выдох, так как принято считать, что «запирание» ци (би ци) может увеличить силу удара. В технике «накопления ци» (сюй ци) различается ян («кормление») и чэн («получение»). «Выплевывание» и «проглатывание», «кормление» и «получение» ци и кай («раскрытие») во время выполнения технических приемов должны быть скоординированы с хэ («закрытием»), а фу («всплытие») с чэнь («погружением»).

Доминирующими в технике Хусин-цюань есть резкие мощные удары на короткой дистанции, сопровождающиеся резким выдохом. В зависимости от способа нанесения удара, Кулак формы тигра имеет четыре типа выброса ци. Рождающееся в пояснице «усилие» реализуется бьющей рукой или ногой. Яростная атака должна сопровождаться ударами, обладающими сокрушающей мощью. Сблизившись с противником быстрым прыжком, боец, используя «твердое» усилие наносит короткий удар, т. е. выполняет «длинный прыжок — короткий удар».

Кулак формы тигра предполагает пять разных способов действий руками, соотносящиеся, как и в Кулаке белого журавля, с пятью первоэлементами. Визитной карточкой стиля Хусин-цюань есть ху-чжао, т. е., рвущие удары «тигриными когтями», что требует от бойцов этой школы специального укрепления пальцев. Усиливает удары и блоки импульс, идущий от стоп чэньцзяо (дословно — «сотрясение ног»).

Наставления стиля Хусин-цюань о технике рук говорят: «Если встретил цяо («мост») — разрушь его, нет «моста» — построй. Открывая для себя шэнмэнъ («ворота жизни»), для противника закрывай сымэнь («ворота смерти»)». «Приемы применяй по принципу фу-цзы («отец и сын»), при этом «отец» и «сын» должны быть взаимоувязаны. Встретил кун («пустое пространство») — заполняй его, при этом должны быть взаимоувязаны май («покупка») и май («продажа»)».

При использовании ударов ногами Кулак формы тигра предписывает крайнюю осторожность. Мастера Хусин-цюань наставляют: «Существует множество способов применения ног, но использование их всех требует исключительной осторожности». «Всего на три фэня приподнял ногу, а уже под ней пустота; не поднимай ногу, если только не садишься на коня». Удары ногами наносятся, соответственно, на нижнем уровне. Во избежание повреждений, для обработки ног используют травяные отвары.

Принцип Хусин-цюань гласит: «сначала защита, потом нападение», тактика боя построена на контратаках. В Кулаке формы тигра проповедуется: «Сочетай твердую атаку и твердый вход, с помощью ган (твердости) одолевай твердость», что впрочем, не отрицает применение в этом стиле «мягких» методов.

Патриарх стиля Уэти рю Тояма Сейко 10 дан, на видео ему слегка за семьдесят. Основы этого стиля были принесены на Окинаву Камбуном Уэти (1877-1948), который изучал китайские боевые искусства в Фучжоу (Китай). Там он изучил хусинцюань («кулак тигра») у мастера Чжоу Цзыхэ. Согласно официальной версии, Камбун Уэти выучил три ката — Сантин, Сэсан и Сансэрю, но у него не хватило времени, чтобы усвоить четвертую ката — Супаринпэ. В 1904 году он открыл свою школу на юге Китая, и каждый год наносил своему учителю в Фучжоу десятидневные визиты. В 1909 году Камбун Уэти вернулся на Окинаву и занялся фермерством, отказываясь брать учеников.

Боевые искусства

Смотрели передачу «В мире животных»? Помните, когда показываютзмею, как она быстро и точно кусает свою жертву? Как она двигается вперед обводящими движениями? Нет? Тогда быстро к телевизору смотреть! Змея — это точность и гибкость. Поэтому, удары точечные, а не силовые. Это касается ударов руками и ногами. Они должны быть легкими и быстрыми, могут быть одиночными и серийными. Удары в живот не наносятся, только в пах, колени,внутреннюю поверхность бедра, горло, ну и естественно личико. Удары наносятся пальцами, ладонью, запястьем. Ногами чаще используютудары основанием пальцев, так как они быстрее. Пяткой бьют только при боковом ударе. Змея использует подсечки и захваты ногами.

Блоки и захваты имеют характер не отводящий и обходящий и проникающий. Вы должны двигаться вдоль бьющей конечности.

Каждый кто задавался вопросом чем отличается тайцзицюань от других направлений боевых искусств, например внешнего направления, часто слушал ответ наших инструкторов – «по сути ничем». И действительно, базовая техника внутреннего и внешнего направления одна и таже. И там и там есть прямой удар рукой и выполняется по одинаковым правилам.

Всё понятно конечно, но ничего непонятно всё равно. Почему тогда одно круглое и медленное, а другое быстрое и квадратное . Хе-хе, прямое я хотел сказать И почему одно простое как мычание, а об второе все мозги сломать можно !? А всё потому что к ответу «по сути ничем» прилагается приписка мелким текстом –«ничем кроме методики изучения».

Пять первоэлементов или пять видов энергии : дерево, огонь, земля, металл, вода. Которые находятся в благоприятной позиции — взаимопорождения либо не в благоприятной — взаимопреодоления. Теорией пяти первоэлементов в направлениях син и обьясняют взаимодействие пяти органов тела человека, а также теорию единого усилия, которое проявляется через один из пяти видов действия. Усин сяншэн — «Взаимопорождение пяти первостихий» Усин сянкэ — «Взаимоотрицание пяти первостихий».

Патриарх стиля Уэти рю Тояма Сейко 10 дан, на видео ему слегка за семьдесят. Основы этого стиля были принесены на Окинаву Камбуном Уэти (1877-1948), который изучал китайские боевые искусства в Фучжоу (Китай). Там он изучил хусинцюань («кулак тигра») у мастера Чжоу Цзыхэ. Согласно официальной версии, Камбун Уэти выучил три ката — Сантин, Сэсан и Сансэрю, но у него не хватило времени, чтобы усвоить четвертую ката — Супаринпэ. В 1904 году он открыл свою школу на юге Китая, и каждый год наносил своему учителю в Фучжоу десятидневные визиты. В 1909 году Камбун Уэти вернулся на Окинаву и занялся фермерством, отказываясь брать учеников.

Вернемся к телесно-ориентированной психологии. Все упражнения на заземление там выполняются до дрожи в ногах. Если этой дрожи нет, то упражнение делается неправильно.

Что же происходит во время цигун, а конкретней во время столбового стояния?

Во-первых, тело сталкивается с проблемой удержания равновесия. Все внимание направляется именно на эту проблему, а поскольку старые двигательные программы не работают, оно начинает судорожно искать новые более эффективные. Как вы знаете, проблема динамического равновесия для боевых искусств всегда была актуальна.

Затем мышцы ног и рук устают, и возникает проблема номер два – нехватка энергии, которая внешне проявляется в виде боли и дрожи. Кстати, дрожь – естественное волновое движение, к которому тело прибегает в экстремальных условиях. В поисках свободной энергии тело начинает судорожно пересматривать свой список ее распределения. А тратится она обычно на хронические мышечные зажимы и мысленный диалог. Кстати, о том, как много энергии на это тратится. Проведите простой эксперимент. Сожмите руку в кулак и напрягите до максимума все мышцы руки. Постарайтесь удержать это напряжение как можно дольше. Ну, как, устали? А теперь представьте, сколько энергии тратится на мышечный зажим, например, в межлопаточной области. А ведь мышечный зажим он на то и хронический, что напряжение там сохраняется практически двадцать четыре часа в сутки.

Теперь, когда суть проблемы ясна, попробуем выяснить, как ее пытаются решить. Работа ведется сразу по трем направлениям: физические упражнения, направленные на выявление и расслабление мышечных зажимов, дыхательные практики, работающие непосредственно с той или иной проблемой, и, наконец, интегрирующие упражнения, объединяющие первые два направления. Теперь перейдем к сидячим медитациям типа Дзадзэн и малой циркуляции в Нэй-дань. Что мы имеем. Во всех видах подобной практики есть один и тот же ключевой момент, а именно, сосредоточение внимания на процессе или объекте. Неважно на чем мы концентрируемся: на даньтяне, на брюшном дыхании или на движении Ци по меридианам – мы все равно сосредотачиваем свое внимание. Вопрос — для чего? И почему такая разница в технике выполнения при одинаковых результатах? Ответ кроется в том, что во всех этих практиках вне зависимости от техники требуется прийти к состоянию остановки мысленного диалога, то есть той мысленной словомешалки, которая в наших головах постоянно крутится. Для чего это нужно? Дело в том, что наш характер со всеми проистекающими из него проблемами и зажимами развивается с детства путем впитывания детским неокрепшим сознанием тех программ и установок, которые нам неосознанно дают окружающие (в первую очередь родители). А потом он поддерживается тем, что мы говорим сами себе в своих постоянных мысленных диалогах. То есть всю свою жизнь мы гипнотизируем сами себя на определенные проблемы. Так вот, сознание человека не может делать два дела одновременно – концентрироваться на чем-то и поддерживать мысленный диалог.

Основой телесно-ориентированной психологии является положение, что любая психологическая проблема проявляется не только на уровне поведения, но и на уровне тела в виде мышечных зажимов или хронических напряжений. Соответственно, считают, что для более эффективной проработки той или иной проблемы нужно работать и с этими зажимами. На практике мы имеем то, что у любого нормального человека в теле даже в спокойном состоянии есть множество этих самых хронических напряжений. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно расслабиться и понаблюдать минут пять за своими ощущениями. Даже не видя собеседника можно спокойно утверждать, что у него есть хронический мышечный зажим в области таза и в межлопаточной области. Первый говорит о сексуальных проблемах, второй о скрытой или явной неуверенности в себе. Спокойно об этом можно говорить потому, что это особенность менталитета всех, кто проживает на постсоветском пространстве. Вот вам и выход на практику боевых искусств – подвижность тазового и плечевого пояса прямо отражается на характере движений. Кстати, вы никогда не замечали, что в повседневной жизни (я не говорю о татами или ринге) у большинства людей руки как бы не связаны с телом, то есть поток энергии блокируется где-то на уровне плеч. Я подобное замечал в повседневной жизни даже у очень хороших бойцов (есть ковер – есть борец, а нет ковра…). Но вернемся к нашим баранам – у каждого человека есть свой узор хронических мышечных напряжений — в телесно-ориентированной психологии его называют броней характера. Это первое исходное положение. Как оно связано с боевыми искусствами, я думаю, вы уже прекрасно поняли.

По поводу цигун, всегда задают очень много вопросов, особенно много спрашивают именно о стоянии в позе дерева. Давайте же поподробнее разберемся в этом упражнение. Что это и с чем едят? «Чжан Чжуан» довольно старый метод, настолько старый, что никто не помнит, когда он появился. Думаю, это было так. В один прекрасный солнечный день, сидя в засаде на мамонта, человек по национальности китаец, по имени китаец по фамилии китаец и по отчеству китаец, заметил, что чем дольше он сидит в кустах и ждет, контролируя дыхание, тем сильнее становится его тело. Слава богу, что его наблюдения не умерли вместе с ним, а благополучно дожило до наших дней.

МНОГООБРАЗИЕ СТИЛЕЙ КИТАЙСКОГО УШУ

В Китае существовали два Шаолиньских монастыря. Наиболее известен Северный Шаолинь в провинции Хэнань, который функционирует до сих пор и является родиной шаолиньцюань. Но существовал и Южный Шаолинь в провинции Фуцзянь, который был основан на четыре столетия позже своего северного брата и закончил свое существование в конце прошлого века после очередного пожара.
Китайская традиция называет Южный Шаолинь центром всех южных стилей ушу, но сегодня понятие «южный кулак» (наньцюань) объединяет пять стилей провинции Гуандун, а по существу южное ушу в Китае отличается не меньшем разнообразием, чем северное.
Многие гуандунские и фуцзяньские стили сложились под влиянием северного ушу, появившись на юге Китая вместе с переселенцами. По существу, это просто ассимилированные северные школы ушу. Многие северные стили, получившие распространение на юге, назывались по фамилиям основавших их кланов и обозначались термином «учение» (цзяо).
Гуандун является центром «пяти великих южных стилей ушу». К ним относятся хунцзяцюань, моцзяцюань, фоцзяцюань и цайцзяцюань; все они были основаны в XVIII- начале XIX века. Как правило, какое-нибудь отдельно взятое таолу принималось за канон школы, тщательно изучалось, досконально перерабатывалось и в конце концов превращалось в самостоятельный стиль. Все гуандуские стили отличались резким, жестким выбросом силы, характерными сочетаниями коротких и длинных ударов руками, многочисленными подскоками, низкими стойками, ударами ноги в живот и пах.
В XIX в результате объединения трех гуандунских стилей мастером Чэнь Хэном образовался еще один – цайлифоцюань (на южно-китайском диалекте – чойлифут). Чэнь Хэну удалось не только механически соединить движения и объединить их общей практикой боя и тренировки, но и создать духовную основу стиля, структуру передачи традиции, позволявшую бойцу самостоятельно создавать новые приемы непосредственно в процессе поединка, оставаясь внутренне свободным.
Чэнь Хэн начал заниматься ушу у своего отца стилем фоцзяцюань, распространенным среди народных буддийских сект. Немалый упор в обучении фоцзяцюань делался на овладение специальными упражнениями, способствующими циркуляции ци в организме. Этот стиль включал в себя много ударов ногами и прыжков, что не было характерно для большинства южных стилей. Впоследствии важнейшей составной частью в цайлифоцюань вошел принцип пронзающего удара – короткого, резкого удара с подскоком.
В ходе странствий по югу Китая Чэнь Хэн встретился с Ли Юшанем, прозванным за крепость своего тела Алмазным Ли. В течение шести лет совместных тренировок Чэнь Хэну была передана техника школы лицзяцюань, что было необычно для южных стилей, передававшихся исключительно по семейной линии. Из лицзяцюань в цайлифоцюань пришли мощные амплитудные удары предплечьями, размашистые удары кулаком наотмашь, большинство ударов ладонями.
Благодаря Алмазному Ли Чэнь Хэн познакомился с монахом Цай Фу и перенял от него технику цайцзяцюань, отличавшуюся длинными ударами предплечьями и низкими, растянутыми стойками. Таким образом, Чэнь Хэн не просто овладел тремя стилями, но и по каждому их них считался преемником школы. Созданный им цайлифоцюань стал не механическим объединением многочисленных приемов, а цельным, самостоятельным стилем, значительно превосходившим по эффективности своих предшественников. Цайлифюцюань в равной степени сочетает мягкие и жесткие движения, короткие и длинные удары, включает в себя подсечки, зацепы, удары ногами, что не характерно для южных стилей в целом. Составной частью в цайлифюцюань входят звериные комплексы, требующие концентрации на образе животного, воспроизведения его внутреннего состояния.
Одним из наиболее популярных стилей южного ушу за пределами Китая является юнчуньцюань (на южно-китайском диалекте – винчунь). В качестве его легендарной создательницы называется Ван Юнчунь (Вечная Весна). Она переработала известные ей приемы и методы боя таким образом, чтобы стиль был приемлемым для женщин – были убраны почти все удары ногами и выработан особый тип нанесения ударов рукой, при котором не требуется большой физической силы. Правда, истоки этой техники следует искать в Южном Шаолине.
В XV веке при настоятеле Чжишане некоторые элементарные методики монашеского ушу преподавались простому народу, и комплекс оздоровительных упражнений также назывался юнчунь. Этот стиль рассматривали не как боевой, а как традиционный тип народного ритуала, совмещенного с методами оздоровления.
Его основными последователями стали женщины и пожилые люди.
Во второй половине ХХ века в Гонконге мастер Ип Мэнь преподавал сильно трансформированный стиль виньчунь, но именно этот вариант стал широко известен на Западе, в первую очередь, в США, так как у Ин Мэня учился Брюс Ли.
Среди стилей эмэйского направления ушу выделяются так называемые «восемь листьев», основанные на соединении дыхательных упражнений с даосскими и буддийскими методами психотренинга, народных боевых искусств с воинскими приемами дворцовой элиты. Одним из первых эмэйских стилей стал холунцюань («стиль огненного дракона»), систематизированный в XVII веке.
Некоторые эмэйские стили связываются с именами выдающихся полководцев древности, которые не имеют ни малейшего отношения к их созданию. Так, чжаомэнь связывают с основателем династии Сун Чжао Куанъинем (Х век), а юэмэнь – с полководцем Юэ Фэем (XII век). Возможно, какие-то техники, к созданию которых имели отношения эти легендарные люди в трансформированном виде дошли к XIX веку до Эмэйских гор, а поиск древних корней любого искусства весьма характерен для китайской традиции.
Присутствие иероглифа «мэнь» в названиях большинства эмэйских стилей указывает на то, что первоначально все они были узкими, семейными направлениями ушу, не предназначенными для широкого преподавания. Может быть поэтому, количество сведений о них так ограничено.
Отдельное направление китайского ушу представляют так называемые подражательные стили, ныне объединенные общим названием сянсинцюань («кулак образа и формы»). В китайской традиции подражание животным требовало не только повторения внешней формы их движений, но и вхождения в их внутреннее состояние. Бойцу не обязательно было полностью походить на какое-нибудь животное, достаточно было изобразить несколько его характерных признаков.
Такой подход давал возможность имитировать нескольких животных сразу, не добиваясь абсолютного сходства с ними. На первом этапе обучения следовало имитировать внешний облик животного, что называлось «овладеть формой»; на втором этапе происходило совмещение внешней формы и внутреннего образа.
Многие подражательные стили ушу вышли из древних ритуальных танцев животных. Стиль обезьяны подчеркивает ее хитрость и изворотливость, стиль журавля – его мягкость и плавность, в стиле змеи в основу положены гибкие, перетекающие движения, «жалящие» удары кончиками пальцев, резкие скручивания тела.
Стиль орла изначально носил исключительно прикладной характер.
Собранные вместе и согнутые во вторых фалангах пальцы («когти орла») могли наносить резкие рвущие удары, бить снизу в горло.
В Китае можно встретить более десятка стилей богомола, но эти разные, технически непохожие школы сходятся к одному легендарному истоку – бывшему монаху Шаолиньского монастыря Ван Лану, жившему в конце XVII века. Для стиля богомола характерна особая позиция кистей рук – так называемый «крючок богомола», при котором рука согнута в запястье, большой и указательный пальцы соприкасаются, остальные подогнуты к центру ладони. Такая позиция позволяла выполнять мощные удары наотмашь и зацепы за руки противника. Все комплексы выполняются с явно выраженной аритмией: боец подолгу застывает на месте в низкой, растянутой стойке, немного покачиваясь на ногах, как богомол, готовящийся к решительной атаке. Все многочисленные стили богомола подразделяются на три направления – «жесткий богомол», «мягкий богомол» и «комплексный богомол».
На подражании тигру основаны два стиля – хусинцюань (стиль формы тигра) и хуцюань (стиль тигра). Первый достаточно точно копирует не только манеру боя, но и повадки тигра – резкие броски вперед, могучие рвущие удары лапами. Во втором больше подражают яростной силе, исходящей от тигра, и тренируют особый тип выброса силы, когда боец в быстром прыжке приближается к сопернику и наносит короткий удар с помощью жесткого усилия.
Древние танцы послужили истоком для создания не только «животных» стилей, но и стилей, имитирующих то или иное состояние человека. Наиболее известны из них стиль пьяницы (цзуйцюань) и стиль сумасшедшего (фэнкуанцюань). Легендарными основателями цзуйцюань считаются поэт Ли Бо и герой классического романа «Речные заводи» Лу Чжишэнь. Стиль базируется на великолепном владении собственным телом, к которому прибавляется пластичность внутреннего состояния. Боец реально перевоплощается в пьяного, не теряя при этом ясности сознания. Современный цзуйцюань стал более игровым, акробатическим, приобрел показательные черты.

Психотехника рукопашной схватки (16 стр.)

Благодаря Алмазному Ли Чэнь Хэн познакомился с монахом Цай Фу и перенял от него технику цайцзяцюань, отличавшуюся длинными ударами предплечьями и низкими, растянутыми стойками. Таким образом, Чэнь Хэн не просто овладел тремя стилями, но и по каждому их них считался преемником школы. Созданный им цайлифоцюань стал не механическим объединением многочисленных приемов, а цельным, самостоятельным стилем, значительно превосходившим по эффективности своих предшественников. Цайлифюцюань в равной степени сочетает мягкие и жесткие движения, короткие и длинные удары, включает в себя подсечки, зацепы, удары ногами, что не характерно для южных стилей в целом. Составной частью в цайлифюцюань входят звериные комплексы, требующие концентрации на образе животного, воспроизведения его внутреннего состояния.

Одним из наиболее популярных стилей южного ушу за пределами Китая является юнчуньцюань (на южно-китайском диалекте — винчунь). В качестве его легендарной создательницы называется Ван Юнчунь (Вечная Весна). Она переработала известные ей приемы и методы боя таким образом, чтобы стиль был приемлемым для женщин — были убраны почти все удары ногами и выработан особый тип нанесения ударов рукой, при котором не требуется большой физической силы. Правда, истоки этой техники следует искать в Южном Шаолине. В XV веке при настоятеле Чжишане некоторые элементарные методики монашеского ушу преподавались простому народу, и комплекс оздоровительных упражнений также назывался юнчунь. Этот стиль рассматривали не как боевой, а как традиционный тип народного ритуала, совмещенного с методами оздоровления. Его основными последователями стали женщины и пожилые люди.

Во второй половине ХХ века в Гонконге мастер Ип Мэнь преподавал сильно трансформированный стиль виньчунь, но именно этот вариант стал широко известен на Западе, в первую очередь, в США, так как у Ин Мэня учился Брюс Ли.

Среди стилей эмэйского направления ушу выделяются так называемые «восемь листьев», основанные на соединении дыхательных упражнений с даосскими и буддийскими методами психотренинга, народных боевых искусств с воинскими приемами дворцовой элиты. Одним из первых эмэйских стилей стал холунцюань («стиль огненного дракона»), систематизированный в XVII веке. Некоторые эмэйские стили связываются с именами выдающихся полководцев древности, которые не имеют ни малейшего отношения к их созданию. Так, чжаомэнь связывают с основателем династии Сун Чжао Куанъинем (Х век), а юэмэнь — с полководцем Юэ Фэем (XII век). Возможно, какие-то техники, к созданию которых имели отношения эти легендарные люди в трансформированном виде дошли к XIX веку до Эмэйских гор, а поиск древних корней любого искусства весьма характерен для китайской традиции.

Присутствие иероглифа «мэнь» в названиях большинства эмэйских стилей указывает на то, что первоначально все они были узкими, семейными направлениями ушу, не предназначенными для широкого преподавания. Может быть поэтому, количество сведений о них так ограничено.

Отдельное направление китайского ушу представляют так называемые подражательные стили, ныне объединенные общим названием сянсинцюань («кулак образа и формы»). В китайской традиции подражание животным требовало не только повторения внешней формы их движений, но и вхождения в их внутреннее состояние. Бойцу не обязательно было полностью походить на какое-нибудь животное, достаточно было изобразить несколько его характерных признаков. Такой подход давал возможность имитировать нескольких животных сразу, не добиваясь абсолютного сходства с ними. На первом этапе обучения следовало имитировать внешний облик животного, что называлось «овладеть формой»; на втором этапе происходило совмещение внешней формы и внутреннего образа.

Многие подражательные стили ушу вышли из древних ритуальных танцев животных. Стиль обезьяны подчеркивает ее хитрость и изворотливость, стиль журавля — его мягкость и плавность, в стиле змеи в основу положены гибкие, перетекающие движения, «жалящие» удары кончиками пальцев, резкие скручивания тела.

Стиль орла изначально носил исключительно прикладной характер. Собранные вместе и согнутые во вторых фалангах пальцы («когти орла») могли наносить резкие рвущие удары, бить снизу в горло.

В Китае можно встретить более десятка стилей богомола, но эти разные, технически непохожие школы сходятся к одному легендарному истоку — бывшему монаху Шаолиньского монастыря Ван Лану, жившему в конце XVII века. Для стиля богомола характерна особая позиция кистей рук — так называемый «крючок богомола», при котором рука согнута в запястье, большой и указательный пальцы соприкасаются, остальные подогнуты к центру ладони. Такая позиция позволяла выполнять мощные удары наотмашь и зацепы за руки противника. Все комплексы выполняются с явно выраженной аритмией: боец подолгу застывает на месте в низкой, растянутой стойке, немного покачиваясь на ногах, как богомол, готовящийся к решительной атаке. Все многочисленные стили богомола подразделяются на три направления — «жесткий богомол», «мягкий богомол» и «комплексный богомол».

На подражании тигру основаны два стиля — хусинцюань (стиль формы тигра) и хуцюань (стиль тигра). Первый достаточно точно копирует не только манеру боя, но и повадки тигра — резкие броски вперед, могучие рвущие удары лапами. Во втором больше подражают яростной силе, исходящей от тигра, и тренируют особый тип выброса силы, когда боец в быстром прыжке приближается к сопернику и наносит короткий удар с помощью жесткого усилия.

Древние танцы послужили истоком для создания не только «животных» стилей, но и стилей, имитирующих то или иное состояние человека. Наиболее известны из них стиль пьяницы (цзуйцюань) и стиль сумасшедшего (фэнкуанцюань). Легендарными основателями цзуйцюань считаются поэт Ли Бо и герой классического романа «Речные заводи» Лу Чжишэнь. Стиль базируется на великолепном владении собственным телом, к которому прибавляется пластичность внутреннего состояния. Боец реально перевоплощается в пьяного, не теряя при этом ясности сознания. Современный цзуйцюань стал более игровым, акробатическим, приобрел показательные черты.

3.4.4. Внутренние стили китайского ушу

В XVII–XIX веках происходило качественное изменение всей системы китайских боевых искусств, сформировались в основном многие из известных сегодня стилей. В это же время происходило формирование и так называемых внутренних стилей, которые традиция связывает с уданским направлением ушу. К этой группе относятся тайцзицюань («кулак Великого предела»), синъицюань («кулак формы и воли») и багуачжан («ладонь восьми триграмм»). Все они вышли из простых и эффективных стилей реального боя, но их внутреннее содержание оказалось намного глубже боевой сферы ушу. Мастер внутренних стилей не опережает противника и не одолевает его своим мастерством, он просто предваряет всякое действие и всякое усилие. Понятие усилия во внутренних стилях не связано с внешней силой, это особое чувствование противника, как самого себя, когда смотришь на своего соперника как бы изнутри него самого; это особое внутрителесное ощущение, которое позволяет понять сильные и слабые места противника, его положительные и отрицательные качества, направления его движений. «Усилие слышания» позволяет путем легких прикосновений к сопернику «услышать» не только его физическое движение, но и по малейшим пульсациям тела понять его замыслы. «Усилие понимания» заключается в том, чтобы даже вне прикосновения к противнику уловить его намерения, «приклеиться» к нему и следовать за каждым его жестом, за каждым помыслом.

Тайцзицюань создавался и развивался в рамках даосской традиции, и в основу его мифологической версии были положены легенды о древних алхимиках, создателях внутренней пилюли бессмертия, небожителях и магах. Самым легендарным из всех основателей тайцзицюань считается Чжан Саньфэн, при этом в традиции тайцзицюань сложился образ единой внеисторической личности, так как это имя носили два человека, но один их них жил в XIII веке, а другой — в XVI веке.

Автором основополагающего трактата «Рассуждения о тайцзицюань», а также составителем «Канона тайцзицюань» считается мастер Ван Цзунъюэ. Народная традиция считает его непосредственным учеником даоса Чжан Саньфэна, жившего в XVI веке, но этих людей разделяет, по меньшей мере, две сотни лет, поэтому более правдоподобна версия о том, что Ван Цзунъюэ представлял четвертое поколение учеников мастера Чэнь Вантина, который и является реальным создателем тайцзицюань.

Многообразие стилей китайского ушу

Многообразие стилей китайского ушу — раздел Спорт, Психотехника рукопашной схватки В Китае Существовали Два Шаолиньских Монастыря. Наиболее Известен Северный Ша.

В Китае существовали два Шаолиньских монастыря. Наиболее известен Северный Шаолинь в провинции Хэнань, который функционирует до сих пор и является родиной шаолиньцюань. Но существовал и Южный Шаолинь в провинции Фуцзянь, который был основан на четыре столетия позже своего северного брата и закончил свое существование в конце прошлого века после очередного пожара. Китайская традиция называет Южный Шаолинь центром всех южных стилей ушу, но сегодня понятие «южный кулак» (наньцюань) объединяет пять стилей провинции Гуандун, а по существу южное ушу в Китае отличается не меньшем разнообразием, чем северное.

Многие гуандунские и фуцзяньские стили сложились под влиянием северного ушу, появившись на юге Китая вместе с переселенцами. По существу, это просто ассимилированные северные школы ушу . Многие северные стили, получившие распространение на юге, назывались по фамилиям основавших их кланов и обозначались термином «учение» (цзяо).

Гуандун является центром «пяти великих южных стилей ушу». К ним относятся хунцзяцюань, моцзяцюань, фоцзяцюань и цайцзяцюань; все они были основаны в XVIII- начале XIX века. Как правило, какое-нибудь отдельно взятое таолу принималось за канон школы, тщательно изучалось, досконально перерабатывалось и в конце концов превращалось в самостоятельный стиль. Все гуандуские стили отличались резким, жестким выбросом силы, характерными сочетаниями коротких и длинных ударов руками, многочисленными подскоками, низкими стойками, ударами ноги в живот и пах.

В XIX в результате объединения трех гуандунских стилей мастером Чэнь Хэном образовался еще один — цайлифоцюань (на южно-китайском диалекте — чойлифут). Чэнь Хэну удалось не только механически соединить движения и объединить их общей практикой боя и тренировки, но и создать духовную основу стиля, структуру передачи традиции, позволявшую бойцу самостоятельно создавать новые приемы непосредственно в процессе поединка, оставаясь внутренне свободным.

Чэнь Хэн начал заниматься ушу у своего отца стилем фоцзяцюань, распространенным среди народных буддийских сект. Немалый упор в обучении фоцзяцюань делался на овладение специальными упражнениями, способствующими циркуляции ци в организме. Этот стиль включал в себя много ударов ногами и прыжков, что не было характерно для большинства южных стилей. Впоследствии важнейшей составной частью в цайлифоцюань вошел принцип пронзающего удара — короткого, резкого удара с подскоком.

В ходе странствий по югу Китая Чэнь Хэн встретился с Ли Юшанем, прозванным за крепость своего тела Алмазным Ли. В течение шести лет совместных тренировок Чэнь Хэну была передана техника школы лицзяцюань, что было необычно для южных стилей, передававшихся исключительно по семейной линии. Из лицзяцюань в цайлифоцюань пришли мощные амплитудные удары предплечьями, размашистые удары кулаком наотмашь, большинство ударов ладонями.

Благодаря Алмазному Ли Чэнь Хэн познакомился с монахом Цай Фу и перенял от него технику цайцзяцюань, отличавшуюся длинными ударами предплечьями и низкими, растянутыми стойками. Таким образом, Чэнь Хэн не просто овладел тремя стилями, но и по каждому их них считался преемником школы. Созданный им цайлифоцюань стал не механическим объединением многочисленных приемов, а цельным, самостоятельным стилем, значительно превосходившим по эффективности своих предшественников. Цайлифюцюань в равной степени сочетает мягкие и жесткие движения, короткие и длинные удары, включает в себя подсечки, зацепы, удары ногами, что не характерно для южных стилей в целом. Составной частью в цайлифюцюань входят звериные комплексы, требующие концентрации на образе животного, воспроизведения его внутреннего состояния.

Одним из наиболее популярных стилей южного ушу за пределами Китая является юнчуньцюань (на южно-китайском диалекте — винчунь). В качестве его легендарной создательницы называется Ван Юнчунь (Вечная Весна). Она переработала известные ей приемы и методы боя таким образом, чтобы стиль был приемлемым для женщин — были убраны почти все удары ногами и выработан особый тип нанесения ударов рукой, при котором не требуется большой физической силы. Правда, истоки этой техники следует искать в Южном Шаолине. В XV веке при настоятеле Чжишане некоторые элементарные методики монашеского ушу преподавались простому народу, и комплекс оздоровительных упражнений также назывался юнчунь. Этот стиль рассматривали не как боевой, а как традиционный тип народного ритуала, совмещенного с методами оздоровления. Его основными последователями стали женщины и пожилые люди.

Во второй половине ХХ века в Гонконге мастер Ип Мэнь преподавал сильно трансформированный стиль виньчунь, но именно этот вариант стал широко известен на Западе, в первую очередь, в США, так как у Ин Мэня учился Брюс Ли.

Среди стилей эмэйского направления ушу выделяются так называемые «восемь листьев», основанные на соединении дыхательных упражнений с даосскими и буддийскими методами психотренинга, народных боевых искусств с воинскими приемами дворцовой элиты. Одним из первых эмэйских стилей стал холунцюань («стиль огненного дракона»), систематизированный в XVII веке. Некоторые эмэйские стили связываются с именами выдающихся полководцев древности, которые не имеют ни малейшего отношения к их созданию. Так, чжаомэнь связывают с основателем династии Сун Чжао Куанъинем (Х век), а юэмэнь — с полководцем Юэ Фэем (XII век). Возможно, какие-то техники, к созданию которых имели отношения эти легендарные люди в трансформированном виде дошли к XIX веку до Эмэйских гор, а поиск древних корней любого искусства весьма характерен для китайской традиции.

Присутствие иероглифа «мэнь» в названиях большинства эмэйских стилей указывает на то, что первоначально все они были узкими, семейными направлениями ушу, не предназначенными для широкого преподавания. Может быть поэтому, количество сведений о них так ограничено.

Отдельное направление китайского ушу представляют так называемые подражательные стили, ныне объединенные общим названием сянсинцюань («кулак образа и формы»). В китайской традиции подражание животным требовало не только повторения внешней формы их движений, но и вхождения в их внутреннее состояние. Бойцу не обязательно было полностью походить на какое-нибудь животное, достаточно было изобразить несколько его характерных признаков. Такой подход давал возможность имитировать нескольких животных сразу, не добиваясь абсолютного сходства с ними. На первом этапе обучения следовало имитировать внешний облик животного, что называлось «овладеть формой»; на втором этапе происходило совмещение внешней формы и внутреннего образа.

Многие подражательные стили ушу вышли из древних ритуальных танцев животных. Стиль обезьяны подчеркивает ее хитрость и изворотливость, стиль журавля — его мягкость и плавность, в стиле змеи в основу положены гибкие, перетекающие движения, «жалящие» удары кончиками пальцев, резкие скручивания тела.

Стиль орла изначально носил исключительно прикладной характер. Собранные вместе и согнутые во вторых фалангах пальцы («когти орла») могли наносить резкие рвущие удары, бить снизу в горло.

В Китае можно встретить более десятка стилей богомола, но эти разные, технически непохожие школы сходятся к одному легендарному истоку — бывшему монаху Шаолиньского монастыря Ван Лану, жившему в конце XVII века. Для стиля богомола характерна особая позиция кистей рук — так называемый «крючок богомола», при котором рука согнута в запястье, большой и указательный пальцы соприкасаются, остальные подогнуты к центру ладони. Такая позиция позволяла выполнять мощные удары наотмашь и зацепы за руки противника. Все комплексы выполняются с явно выраженной аритмией: боец подолгу застывает на месте в низкой, растянутой стойке, немного покачиваясь на ногах, как богомол, готовящийся к решительной атаке. Все многочисленные стили богомола подразделяются на три направления — «жесткий богомол», «мягкий богомол» и «комплексный богомол».

На подражании тигру основаны два стиля — хусинцюань (стиль формы тигра) и хуцюань (стиль тигра). Первый достаточно точно копирует не только манеру боя, но и повадки тигра — резкие броски вперед, могучие рвущие удары лапами. Во втором больше подражают яростной силе, исходящей от тигра, и тренируют особый тип выброса силы, когда боец в быстром прыжке приближается к сопернику и наносит короткий удар с помощью жесткого усилия.

Древние танцы послужили истоком для создания не только «животных» стилей, но и стилей, имитирующих то или иное состояние человека. Наиболее известны из них стиль пьяницы (цзуйцюань) и стиль сумасшедшего (фэнкуанцюань). Легендарными основателями цзуйцюань считаются поэт Ли Бо и герой классического романа «Речные заводи» Лу Чжишэнь. Стиль базируется на великолепном владении собственным телом, к которому прибавляется пластичность внутреннего состояния. Боец реально перевоплощается в пьяного, не теряя при этом ясности сознания. Современный цзуйцюань стал более игровым, акробатическим, приобрел показательные черты.

Многообразие стилей китайского ушу

В Китае существовали два Шаолиньских монастыря. Наиболее известен Северный Шаолинь в провинции Хэнань, который функционирует до сих пор и является родиной шаолиньцюань. Но существовал и Южный Шаолинь в провинции Фуцзянь, который был основан на четыре столетия позже своего северного брата и закончил свое существование в конце прошлого века после очередного пожара. Китайская традиция называет Южный Шаолинь центром всех южных стилей ушу, но сегодня понятие «южный кулак» (наньцюань) объединяет пять стилей провинции Гуандун, а по существу южное ушу в Китае отличается не меньшем разнообразием, чем северное.

Многие гуандунские и фуцзяньские стили сложились под влиянием северного ушу, появившись на юге Китая вместе с переселенцами. По существу, это просто ассимилированные северные школы ушу . Многие северные стили, получившие распространение на юге, назывались по фамилиям основавших их кланов и обозначались термином «учение» (цзяо).

Гуандун является центром «пяти великих южных стилей ушу». К ним относятся хунцзяцюань, моцзяцюань, фоцзяцюань и цайцзяцюань; все они были основаны в XVIII- начале XIX века. Как правило, какое-нибудь отдельно взятое таолу принималось за канон школы, тщательно изучалось, досконально перерабатывалось и в конце концов превращалось в самостоятельный стиль. Все гуандуские стили отличались резким, жестким выбросом силы, характерными сочетаниями коротких и длинных ударов руками, многочисленными подскоками, низкими стойками, ударами ноги в живот и пах.

В XIX в результате объединения трех гуандунских стилей мастером Чэнь Хэном образовался еще один — цайлифоцюань (на южно-китайском диалекте — чойлифут). Чэнь Хэну удалось не только механически соединить движения и объединить их общей практикой боя и тренировки, но и создать духовную основу стиля, структуру передачи традиции, позволявшую бойцу самостоятельно создавать новые приемы непосредственно в процессе поединка, оставаясь внутренне свободным.

Чэнь Хэн начал заниматься ушу у своего отца стилем фоцзяцюань, распространенным среди народных буддийских сект. Немалый упор в обучении фоцзяцюань делался на овладение специальными упражнениями, способствующими циркуляции ци в организме. Этот стиль включал в себя много ударов ногами и прыжков, что не было характерно для большинства южных стилей. Впоследствии важнейшей составной частью в цайлифоцюань вошел принцип пронзающего удара — короткого, резкого удара с подскоком.

В ходе странствий по югу Китая Чэнь Хэн встретился с Ли Юшанем, прозванным за крепость своего тела Алмазным Ли. В течение шести лет совместных тренировок Чэнь Хэну была передана техника школы лицзяцюань, что было необычно для южных стилей, передававшихся исключительно по семейной линии. Из лицзяцюань в цайлифоцюань пришли мощные амплитудные удары предплечьями, размашистые удары кулаком наотмашь, большинство ударов ладонями.

Благодаря Алмазному Ли Чэнь Хэн познакомился с монахом Цай Фу и перенял от него технику цайцзяцюань, отличавшуюся длинными ударами предплечьями и низкими, растянутыми стойками. Таким образом, Чэнь Хэн не просто овладел тремя стилями, но и по каждому их них считался преемником школы. Созданный им цайлифоцюань стал не механическим объединением многочисленных приемов, а цельным, самостоятельным стилем, значительно превосходившим по эффективности своих предшественников. Цайлифюцюань в равной степени сочетает мягкие и жесткие движения, короткие и длинные удары, включает в себя подсечки, зацепы, удары ногами, что не характерно для южных стилей в целом. Составной частью в цайлифюцюань входят звериные комплексы, требующие концентрации на образе животного, воспроизведения его внутреннего состояния.

Одним из наиболее популярных стилей южного ушу за пределами Китая является юнчуньцюань (на южно-китайском диалекте — винчунь). В качестве его легендарной создательницы называется Ван Юнчунь (Вечная Весна). Она переработала известные ей приемы и методы боя таким образом, чтобы стиль был приемлемым для женщин — были убраны почти все удары ногами и выработан особый тип нанесения ударов рукой, при котором не требуется большой физической силы. Правда, истоки этой техники следует искать в Южном Шаолине. В XV веке при настоятеле Чжишане некоторые элементарные методики монашеского ушу преподавались простому народу, и комплекс оздоровительных упражнений также назывался юнчунь. Этот стиль рассматривали не как боевой, а как традиционный тип народного ритуала, совмещенного с методами оздоровления. Его основными последователями стали женщины и пожилые люди.

Во второй половине ХХ века в Гонконге мастер Ип Мэнь преподавал сильно трансформированный стиль виньчунь, но именно этот вариант стал широко известен на Западе, в первую очередь, в США, так как у Ин Мэня учился Брюс Ли.

Среди стилей эмэйского направления ушу выделяются так называемые «восемь листьев», основанные на соединении дыхательных упражнений с даосскими и буддийскими методами психотренинга, народных боевых искусств с воинскими приемами дворцовой элиты. Одним из первых эмэйских стилей стал холунцюань («стиль огненного дракона»), систематизированный в XVII веке. Некоторые эмэйские стили связываются с именами выдающихся полководцев древности, которые не имеют ни малейшего отношения к их созданию. Так, чжаомэнь связывают с основателем династии Сун Чжао Куанъинем (Х век), а юэмэнь — с полководцем Юэ Фэем (XII век). Возможно, какие-то техники, к созданию которых имели отношения эти легендарные люди в трансформированном виде дошли к XIX веку до Эмэйских гор, а поиск древних корней любого искусства весьма характерен для китайской традиции.

Присутствие иероглифа «мэнь» в названиях большинства эмэйских стилей указывает на то, что первоначально все они были узкими, семейными направлениями ушу, не предназначенными для широкого преподавания. Может быть поэтому, количество сведений о них так ограничено.

Отдельное направление китайского ушу представляют так называемые подражательные стили, ныне объединенные общим названием сянсинцюань («кулак образа и формы»). В китайской традиции подражание животным требовало не только повторения внешней формы их движений, но и вхождения в их внутреннее состояние. Бойцу не обязательно было полностью походить на какое-нибудь животное, достаточно было изобразить несколько его характерных признаков. Такой подход давал возможность имитировать нескольких животных сразу, не добиваясь абсолютного сходства с ними. На первом этапе обучения следовало имитировать внешний облик животного, что называлось «овладеть формой»; на втором этапе происходило совмещение внешней формы и внутреннего образа.

Многие подражательные стили ушу вышли из древних ритуальных танцев животных. Стиль обезьяны подчеркивает ее хитрость и изворотливость, стиль журавля — его мягкость и плавность, в стиле змеи в основу положены гибкие, перетекающие движения, «жалящие» удары кончиками пальцев, резкие скручивания тела.

Стиль орла изначально носил исключительно прикладной характер. Собранные вместе и согнутые во вторых фалангах пальцы («когти орла») могли наносить резкие рвущие удары, бить снизу в горло.

В Китае можно встретить более десятка стилей богомола, но эти разные, технически непохожие школы сходятся к одному легендарному истоку — бывшему монаху Шаолиньского монастыря Ван Лану, жившему в конце XVII века. Для стиля богомола характерна особая позиция кистей рук — так называемый «крючок богомола», при котором рука согнута в запястье, большой и указательный пальцы соприкасаются, остальные подогнуты к центру ладони. Такая позиция позволяла выполнять мощные удары наотмашь и зацепы за руки противника. Все комплексы выполняются с явно выраженной аритмией: боец подолгу застывает на месте в низкой, растянутой стойке, немного покачиваясь на ногах, как богомол, готовящийся к решительной атаке. Все многочисленные стили богомола подразделяются на три направления — «жесткий богомол», «мягкий богомол» и «комплексный богомол».

На подражании тигру основаны два стиля — хусинцюань (стиль формы тигра) и хуцюань (стиль тигра). Первый достаточно точно копирует не только манеру боя, но и повадки тигра — резкие броски вперед, могучие рвущие удары лапами. Во втором больше подражают яростной силе, исходящей от тигра, и тренируют особый тип выброса силы, когда боец в быстром прыжке приближается к сопернику и наносит короткий удар с помощью жесткого усилия.

Древние танцы послужили истоком для создания не только «животных» стилей, но и стилей, имитирующих то или иное состояние человека. Наиболее известны из них стиль пьяницы (цзуйцюань) и стиль сумасшедшего (фэнкуанцюань). Легендарными основателями цзуйцюань считаются поэт Ли Бо и герой классического романа «Речные заводи» Лу Чжишэнь. Стиль базируется на великолепном владении собственным телом, к которому прибавляется пластичность внутреннего состояния. Боец реально перевоплощается в пьяного, не теряя при этом ясности сознания. Современный цзуйцюань стал более игровым, акробатическим, приобрел показательные черты.

Хусинцюань

Светильник для тела есть око.

Итак, если око твое будет чисто,

то все тело твое будет светло;

если же око твое будет худо,

то все тело твое будет темно.

Итак, если свет, который в тебе,

есть тьма, то какова же тьма?

(Еванг. от Матфея, гл.6, стихи 22, 23)

Понятие «рукопашная схватка» в настоящее время превратилось в реальность не только для спортсменов, военных и бойцов спецподразделений, но и, к сожалению, для обычных граждан нашей страны, не взирая на их пол и возраст. В сложившейся ситуации, когда государство не может гарантировать безопасность своих граждан, наиболее целесообразным представляется позаботиться об оной (безопасности) самим гражданам — «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Как свидетельствует многовековой опыт развития боевых искусств краеугольным камнем эффективности рукопашной схватки является психологическая готовность, которую невозможно купить в магазине и получить в качестве подарка на день рождения. Основным средством и методом психологической подготовки бойцов всегда являлись различные виды психотехники, наибольших успехов в развитии которых достигли мастера боевых искусств стран Дальнего Востока. Надеемся, что предлагаемая вниманию читателей публикация поможет в изучении данного вопроса и, что самое главное, поможет осознать доступность и эффективность основных психотехник японского дзена, буддийской виппасаны-медитации, китайских даоинь и тайцзицюань для наших современников.

Восьмидесятые годы, во многом переломные для нашей страны, стали важнейшею вехой и в истории ее физической культуры. Именно тогда спортивная жизнь России начала обогащаться боевыми искусствами Дальнего Востока. Из-за несметного количества экзотических школ и бурных потоков популярной информации напоминающей монголо-татарское нашествие сначала, хотя и во многом упорядоченная впоследствии, традиция эта не только вызывает все больше вопросов, но и словно бы держится особняком как от привычных для нас единоборств — бокса и вольной борьбы, например, так и от родственного ей по форме кикбоксинга. Тем не менее, в процессе многолетнего преподавания каратэ, ушу и кикбоксинга все с большей и большей ясностью стали осознаваться необходимость и возможность интеграции столь разных типов физической культуры. И вот, от тренировки к тренировке, словно подводные скалы во время отлива, стали проявляться долгожданные точки соприкосновения.

В чем сущность боевых искусств Востока ? Где их начало? Какова их история? Чем обусловлено качественное отличие школ китайского ушу друг от друга, их совокупности от боевых школ Кореи, Японии, Вьетнама, других стран Дальнего Востока? Почему именно там, а не на Западе единоборства получили столь разностороннее и совершенное развитие, в то время как колыбель физической культуры в современном понимании находится в Западной Европе, Восток же познакомился с ней лишь в двадцатом столетии? Что такое спорт, и почему он появился в Древней Греции? Чем отличается Олимпийское движение ХХ века от Олимпиад Эллады и где проведена та заветная черта, что отделяет физическую культуру Запада от столь на нее не похожую сестру с Дальнего Востока? Есть ли между ними вообще что-то общее, и, если есть, то к чему может привести развитие этой общности?

Хотелось бы заметить, что ответы на вышеизложенные вопросы, которые и составляют содержание данной книги не придуманы, но выкристаллизовались в ходе почти двадцатилетней тренерской деятельности — общения со студентами, другими преподавателями, наставниками из Китая, мастерами из Японии, Кореи и Вьетнама. Да и причина их появления вовсе не случайна — едва ли на сегодняшний день найдется хотя бы один вид спорта, кроме тех, что складываются на основе восточных единоборств, само существование которого настолько зависело бы от прояснения подобного рода общих вопросов. Чего, например, стоит одно лишь надуманное противопоставление боевых искусств Азии и спорта высших достижений с естественно вытекающим из него тезисом, будто превращение этих единоборств в спортивную дисциплину равносильно потере ими своей духовной основы? Конечно же, отличие спорта высших достижений от религиозной практики даосов или буддийских монахов очевидно, но не является ли это несоответствие двумя сторонами единой медали? А ведь именно к такому выводу мы подошли после продолжительного изучения духовного наследия стран Юго-Восточной Азии и внедрения медитативных практик випассаны, дзэн и цигун в профессиональный кикбоксинг, в частности. И результатом тому — не только многочисленные чемпионы Европы по спортивному ушу-таолу, но и трехкратный чемпион мира по кикбоксингу А. Жмакин. Все — воспитанники нашей кафедры.

Ознакомление с этой книжкой было бы полезно как нашим студентам, всем желающим заниматься спортивно-боевыми единоборствами в Академии им. П.Ф. Лесгафта, так и изучающим указанные боевые искусства самостоятельно. В самом деле, сегодня, как и пять лет назад, осознанность абитуриентами нашей кафедры своего выбора оставляет желать гораздо лучшего.

Материалом для книги послужили более двухсот литературных источников, в числе которых видное место занимают последние исследования китайских специалистов. Поскольку же она представляет собой популярное изложение предыдущей монографии С.Г. Гагонина «Спортивно — боевые единоборства: от древних ушу и бу-дзюцу до профессионального кикбоксинга» (С.П.Б, 1997), ознакомиться со списком литературы можно по указанному изданию. В настоящей книге существенно переработан материал о соотношении физической культуры Дальнего Востока и Европы. Во всем, что касается агона как специфики Олимпийского движения Античности, мы руководствовались трудом А. И. Зайцева «Культурный переворот в Древней Греции 8-5 в.в. до н. э.» (Ленинград, изд. Л.Г.У, 1985). Материал о религиозном контексте Игр, в особенности трактовка «кайрос» представляет собою частичное изложение взглядов М.Л. Гаспарова, стихи Пиндара цитируются в его переводе, а приложение 1 — перепечатку из подготовленного им издания «Пиндар. Вакхилид. Оды, фрагменты.М., Наука, 1980).

Раздел 1. Исторические аспекты боевых искусств

Есть два рода благ: одни — человеческие, другие — божественные. Человеческие зависят от божественных. И если какое-либо государство получает большие блага, оно одновременно приобретает и меньшие, в противном же случае лишается и тех и других.

Меньшие блага — это те, во главе которых стоит здоровье, затем идет красота, на третьем месте — сила в беге и остальных телесных движениях, на четвертом — богатство,

но не слепое, а зоркое, спутник разумности.

Первое же и главенствующее из божественных благ — это разумение.

Глава 1. Физическая культура и боевые

единоборства в Древней Греции.

О различии, чуть ли не противоположности, даже, культур дальневосточной и европейской написаны десятки, если не сотни книг, имя же научным статьям, посвященным тем или иным их аспектам, без преувеличения — легион. Собственно говоря, коль скоро цель настоящей публикации — своеобразие единоборств Юго-Восточной Азии, с прояснения этого различия было бы необходимо начать и ее. Хотя и из-за характера книги и по причине исключительной сложности вопроса таковая задача кажется чрезмерной, тот же характер и та же причина позволяют ограничиться исключительно абрисом полноценной картины. Конечно же, даже для этого необходимо понимание специфики физической культуры Европы как необходимого контраста соответствующей ей азиатской традиции.

1.1. Социально-географические причины культурного переворота в Древней Греции.

Кажется, что уже само географическое положение наделило Грецию исключительным значением обреченного на смерть ради последующих плодов зерна — крошечный полуостров под нависшей словно грозовая туча Европой. И действительно, из всех достижений эллинов в области культуры и науки нет, пожалуй, ни одного, которое, пусть и в зародышевом состоянии у своих создателей, не повлияло бы в той или иной степени на достижения нового времени. Что же касается Востока, то столь органично воспринятым им демократической форме правления, науке вообще в современном ее понимании и, наконец, спорту он, так же как и мы, обязан грекам.

Психотехника рукопашной схватки :: Гагонин Сергей

Страница: 40 из 137
Размер шрифта / +
Цвет теста
Цвет фона
скрыть

Все комплексы выполняются с явно выраженной аритмией: боец подолгу застывает на месте в низкой, растянутой стойке, немного покачиваясь на ногах, как богомол, готовящийся к решительной атаке. Все многочисленные стили богомола подразделяются на три направления — «жесткий богомол», «мягкий богомол» и «комплексный богомол».

На подражании тигру основаны два стиля — хусинцюань (стиль формы тигра) и хуцюань (стиль тигра). Первый достаточно точно копирует не только манеру боя, но и повадки тигра — резкие броски вперед, могучие рвущие удары лапами. Во втором больше подражают яростной силе, исходящей от тигра, и тренируют особый тип выброса силы, когда боец в быстром прыжке приближается к сопернику и наносит короткий удар с помощью жесткого усилия.

Древние танцы послужили истоком для создания не только «животных» стилей, но и стилей, имитирующих то или иное состояние человека. Наиболее известны из них стиль пьяницы (цзуйцюань) и стиль сумасшедшего (фэнкуанцюань). Легендарными основателями цзуйцюань считаются поэт Ли Бо и герой классического романа «Речные заводи» Лу Чжишэнь. Стиль базируется на великолепном владении собственным телом, к которому прибавляется пластичность внутреннего состояния. Боец реально перевоплощается в пьяного, не теряя при этом ясности сознания. Современный цзуйцюань стал более игровым, акробатическим, приобрел показательные черты.

3.4.4. Внутренние стили китайского ушу

В XVII—XIX веках происходило качественное изменение всей системы китайских боевых искусств, сформировались в основном многие из известных сегодня стилей. В это же время происходило формирование и так называемых внутренних стилей, которые традиция связывает с уданским направлением ушу. К этой группе относятся тайцзицюань («кулак Великого предела»), синъицюань («кулак формы и воли») и багуачжан («ладонь восьми триграмм»). Все они вышли из простых и эффективных стилей реального боя, но их внутреннее содержание оказалось намного глубже боевой сферы ушу. Мастер внутренних стилей не опережает противника и не одолевает его своим мастерством, он просто предваряет всякое действие и всякое усилие. Понятие усилия во внутренних стилях не связано с внешней силой, это особое чувствование противника, как самого себя, когда смотришь на своего соперника как бы изнутри него самого; это особое внутрителесное ощущение, которое позволяет понять сильные и слабые места противника, его положительные и отрицательные качества, направления его движений. «Усилие слышания» позволяет путем легких прикосновений к сопернику «услышать» не только его физическое движение, но и по малейшим пульсациям тела понять его замыслы. «Усилие понимания» заключается в том, чтобы даже вне прикосновения к противнику уловить его намерения, «приклеиться» к нему и следовать за каждым его жестом, за каждым помыслом.

Тайцзицюань создавался и развивался в рамках даосской традиции, и в основу его мифологической версии были положены легенды о древних алхимиках, создателях внутренней пилюли бессмертия, небожителях и магах. Самым легендарным из всех основателей тайцзицюань считается Чжан Саньфэн, при этом в традиции тайцзицюань сложился образ единой внеисторической личности, так как это имя носили два человека, но один их них жил в XIII веке, а другой -в XVI веке.

Автором основополагающего трактата «Рассуждения о тайцзицюань», а также составителем «Канона тайцзицюань» считается мастер Ван Цзунъюэ.

Ссылка на основную публикацию